Книга Заполярное и дорожное вдохновение. Дневники в стихах и прозе, страница 114 – Николай Ловелиус

Минул сегодня день начала войны,

Когда погибали мужики, бабы и пацаны.

Бездумное поведение ряда маньяков

Заставило миллионы людей плакать.

Целей химерных решалась судьба…

Вынесла тяжести наша голытьба.

Выстоять смогли далеко не все,

Многие остались лежать в полосе.

Страшная война родила много горя,

Бедствий людских – от моря до моря.

Но выстоять сумел русский народ.

Как только смог? Не каждый поймёт.

Делили хлеб, соль и табак пополам,

Огромная тяжесть легла на мам:

Они опекали детей и больных,

Не всегда им близких, да и родных.

Беда объединила людские сердца,

Даже когда не было видно войне конца.

Народное горе лилось рекой:

Не каждый кормилец вернулся домой.

Осиротело за вой ну много пацанов,

Одевались, как могли тогда, без обнов.

Главным было – сберечь здоровье.

Дети забыли про молоко коровье.

Роскошью двора была даже коза,

Топливом служили солома, лоза.

Тепла в них было совсем чуть-чуть…

Об этих невзгодах не позабудь.

Живут сейчас люди совсем иначе,

Хотя часть стариков горько плачет

От того, что обобрали народ.

Какой миллиардер это поймёт?

Вот и горюют, бедолаги, потом.

Далеко не каждый имеет свой дом.

Пишу с надеждой, глядя вперёд,

Что часть людей мои думы поймёт.

Сложное сокращенье ИНОЗ.

С ним прощаться нужно без слёз.

Здесь неплохо мне было три года

Среди надёжного научного народа.

Позвал меня Румянцев Владислав,

Нельзя назвать медовым его нрав.

Меня отдал Алхименко «на поруки»,

У Александра хорошие мозги и руки.

Щадил меня настолько, насколько мог,

Не отменил ни одной из моих дорог.

Доставил много радости Кудерский,

Влюблённый в рыбье царство «зверски».

Сейчас пришла прощания пора,

Хотя меня не гонят с этого двора.

Работе пришёл конец простой,

Благодарю Румянцева за «постой».

Здесь постигал озероведения начала,

Но успел я сделать слишком мало.

Был счастлив, работая среди людей

С изобилием полезных России идей.

Ладога для них больше, чем дом родной:

В заботах об озере им не снится покой,

Свою работу до Закона смогли они поднять,

До такого уровня мне не достать.

Священны вереницы в «Озёрах» дней,

Не было ярче их и милей.

Попал я в «Озёра» с большим опозданием.

Шнитников попрощался с этим зданием.

Много к нему ходил по разным адресам,

Не представлял, что окажусь здесь сам.

Сейчас, прошу вас, не поминайте лихом,

Когда в науках о Земле царит неразбериха.

Бывают дни печальны и жестоки:

Заблудился я на Дальнем Востоке.

Мне казалось, что лес – дом родной,

А получилось, что он бывает иной.

В тайгу позвала Таня Комарова.

Слава Богу, «по-индийски» здорова!

Не каждый представляет себе тайгу.

Об этом случае забыть не могу.

Утром был организован маршрут.

В конце дня сказали, что домой идут.

А распадки в горах сходные не одиноки,

Ночь приходит быстро на Востоке.

Так вышло: в соседний я угодил,

Ноги промочил и выбился из сил.

Что заблудился, понял через час.

К этому времени день уже погас.

Ночь опустилась, а с нею холод.

А он, как обычно, напомнил про голод.

Голодно было во вторую часть дня,

Но тоскливей всего было без огня.

Выжал носки мокрые – стало теплей,

Но под ногами шумит лесной ручей.

Утром предстояло найти водораздел:

С него ручьи бегут – на карте глядел.

Теперь было главное – дождаться утра.

Что дорогу найду, понимал изнутра.

Ночные часы тянулись, как вечность,

Ругал себя обоснованно за беспечность.

За желание неуёмное брать образцы,

Не предвидя, какие бывают концы.

Такое испытал в 1973-м на Таймыре,

Тогда ошибка была гораздо шире.

Утро пришло, как дар небесный

(Погода, к счастью, была чудесной).

За ночь продрог – аж до озноба,

Такой была на прочность проба.

Вскоре вышел на лесную дорогу

Прямо по ручью, благодаря Богу!

Лесовоз подвёз меня по пути,

Но пять километров надо ещё идти.

Пришёл на лесорубов склад

И понял, что дела идут на лад.

Указали дорогу старую через лес,

По ней на водораздел я скоро залез.

На всё потратил я целый день,

Но нашей базы не увидел тень.

Вернуться не успел в лесной уют,

Новая ночь настигла меня тут.

Выручили меня спички лесников:

К новому ночлегу был лучше готов.

Нашёл два бревна вырубки старой,

Вернулся на лесной склад усталый.

Шофёр о «блуждающем» сообщил,

На поиски милиция добавила сил.

Они приехали на склад лесной

И отвезли блудника к себе домой.

Теперь это событие у всех на устах,

Как напоминание: блуждать – это страх.

Заблудиться может почти любой,

Вот почему важно ходить гурьбой.

Нельзя здесь никого терять из виду,

Чтоб не обрести беду и обиду.

Как бы вас ни манили в добрый лес,

Не полагайтесь на щедрость небес.

Лучше не ходите в лес по одному,

Если примера мало – вас не пойму.

Мне такая ошибка глупо давалась:

Много последствий от неё осталось.

Немного хуже стали слышать уши,

Виноват, что потрепал друзей души.

Навечно запомнил такие свои уроки,

Чтобы никому не доставлять впредь мороки.