Книга Обнулённый 4, страница 35 – Макс Гато, Виктор Рэн

— Травник на ферме, но это за стеной, далеко. А у госпожи есть слуга, она разбирается в медицине, только…

— Невысокая девушка, тёмные волосы, молодая, — начал перечислять я.

По ту сторону двери повисла пауза.

— Откуда ты знаешь, как выглядит Мира? — тихо спросил Бенджи.

— Она выскользнула из зала за минуту до нападения. Найдите её. Оцепите Косинец, никого не выпускайте за ворота. Если она ещё в крепости — задержите ее немедленно.

Бенджи что-то крикнул своим, и я услышал, как застучали солдатские сапоги по камню. Через минуту появился Лазарь.

Он бежал через площадь с сумкой под мышкой, и в левой руке сжимал зелёный камень. Ворвался в дверь, которую я открыл для него, и тут же увидел картину: четыре тела на полу, кровь, Лилиана в кресле с закрытыми глазами.

— Тебе помощь нужна? — первое, что он спросил, глядя на мою шею.

— Жить буду. Яд действует, но слабо. Ей гораздо хуже, чем мне. Ее отравили ядом через рану на плече.

Лазарь бросил сумку на пол рядом с креслом Лилианы и положил камень на стол, чудом оставшийся в целости рядом. Его руки и голова уже вовсю работали: Лазарь раскрыл сумку, достал несколько флаконов и тряпичных свёртков, подхватил с пола один из ножей с зеленоватым лезвием и соскрёб немного вещества в стеклянную пробирку.

— Что ты чувствовал, когда нож вошёл в тело? — быстро спросил он, не поднимая головы.

— Жжение. Потом жар, который пополз вверх по руке. У меня дошёл до локтя и остановился. У неё, похоже, нет.

— Какого цвета была жидкость на лезвии, когда они только вошли? — задал следующий вопрос Лазарь.

— Зеленоватая. Сродни маслу и крепко держится на клинке.

Лазарь капнул содержимое одного из флаконов в пробирку. Зелёная масса зашипела и стала бурой. Он нахмурился и попробовал второй флакон. Реакции не было.

— Растительный яд, — пробормотал он. — Но не из тех, что я знаю. Действует на кровь и нервы одновременно, судя по симптомам. Жар, тремор, поверхностное дыхание. И я не могу определить основу. Мне нужно больше информации.

Лилиане становилось хуже. Её руки тряслись, а на лбу выступили крупные капли пота. Белила окончательно поплыли, и лицо стало пятнистым, белом и розовым вперемешку.

Мне нужна была информация, которую мог дать только мёртвый убийца.

На выбор доступны три следующих навыка:

— «Отравленный клинок» (активный): Следующая атака оружием ближнего боя отравляет цель. Яд действует 120 секунд: замедляет движения и вызывает слабость (-25 % к скорости атаки, передвижения и ловкости). Не суммируется с другими ядами.

— «Ловкий бросок» (активный): Бросок ножа или дротика с повышенной точностью. Шанс критического попадания +5 %, а урон увеличивается на 15 %.

— «Точный укол» (активный): атака в уязвимую точку (шея, подмышка, пах). Если цель не заблокировала удар, шанс критического удара увеличен на 15 %.

Я быстро прогнал в голове варианты и сделал выбор.

Выбран навык: «Отравленный клинок». Навык заменяет: «Крепкая хватка».

Коллекционер: 5/5.

Мир потемнел, и перед глазами всплыла картинка видения.

Я стоял в темной комнате с низким потолком, и был окружен каменными стенами. И смотрел на ряд глиняных флаконов с плотными крышками, выставленных на столе. На тряпке рядом лежали четыре ножа. Руки в кожаных перчатках, мои руки, откупорили один из флаконов. Внутри всколыхнулась густая зеленоватая жидкость, от которой поднимался едва ощутимый аромат горечи. Руки аккуратно макнули лезвие в жидкость, провернули и положили сушиться на тряпку. Потом второй нож. Третий. И за ним четвёртый.