Книга Максимальный Апгрейд. Том 3, страница 86 – Илья Сапунов

Город быстро терял свои очертания.

Крысы и камнееды пёрли плотным потоком по центральной проезжей части. Массивные туши камнеедов таранили машины, сносили дорожные знаки, разрушали фасады зданий. Из подворотен то и дело выскакивали отбившиеся от основной стаи твари. Хотя «вороны» и заблокировали самые основные проходы, их было слишком много.

…Ранговых монстров вокруг нас тоже было слишком много.

Я разрывался от того, что не знал, как поступить. Первые несколько минут я честно пытался усидеть на двух стульях сразу: удерживая радиус Ауры максимально широким, я время от времени сжимал её, если на меня наседала особо опасная тварь. Затем быстро расправлялся с ней и возвращал широкую область действия обратно. Но я уже через пару минут понял, что это не только неэффективная, но и очень опасная тактика. Бойцы, которые то становились сильнее, то вдруг внезапно слабее, дезориентировались и начали совершать ошибки, что едва не стоило одному из наших бойцов ранга D жизни.

Мне хотелось расширить Ауру обратно, но в это время я и сам стал куда уязвимей.

Проблема была в том, что пространства для манёвра у меня было куда меньше, чем раньше. Я не мог бегать по головам чудовищ, не мог прыгать с монстра на монстра, как сделал это в туннеле. Ведь стоит мне отступить, как звери прорвутся к стрелкам.

Наша шестёрка D-рангов тоже вовсю использовала свои способности. Владислав время от времени швырял ледяные копья, когда очередной особенно ретивый зверь прорывался сквозь плотный огонь. Нокс внимательно следил за обороной, время от времени накрывая барьером бойцов, которые всё чаще и чаще становились жертвами нападений. Остальные тоже не экономили Эйдос, хотя их суммарная огневая мощь и не могла перевернуть ситуацию.

Пока удавалось держаться без смертей, но стоит боеприпасам закончиться, как наша оборона посыплется, как карточный домик.

…Плотность огня постепенно снижалась.

Это в депо, управляя десятком стационарных турелей, Костя мог компенсировать слабые участки отряда и, меняя цели и интенсивность атак, удерживать позиции. Здесь же в нашем распоряжении практически не было автоматики, лишь пара пулемётов на броневиках. И монстры чувствовали нашу слабость.

Когда я в пятидесятый раз отсёк голову прыгнувшей на меня крысе, моё духовное зрение, которое я ни на секунду не выключал, чтобы видеть уровень наступающих тварей, приметило особенно яркий сгусток светящихся точек на крыше углового дома.

— Сверху! — закричал я. — На крыше справа!

Огромный паук, раза в два крупнее своих сородичей, с бурым панцирем, оттолкнувшись лапами от бетонной крыши, камнем рухнул вниз, приземлившись прямо на правый фланг нашего импровизированного лагеря, где за фургоном держали оборону четыре бойца.

Владислав и два стрелка с тяжёлыми ружьями выстрелили почти синхронно. Три спецпатрона врезались в мощную тушу паука. Тело многоногой твари отбросило в сторону, и он, словно картонную, проломил стену ближайшего дома. Я очень надеялся, что монстр не использовал барьер и снаряды ружей задели его жизненно важные органы.

Пожалуйста, пусть он не встанет. Пусть он не встанет…

Но чудовище, словно мне в насмешку, тут же выскочило из завала, разбрасывая во все стороны обломки камня и дерева, осколки стекла и куски пластика. А вокруг неповреждённого тела чудовища слегка поблёскивала тонкая энергетическая плёнка.