Книга Стример, страница 131 – Валерий Муллагалеев

— Да, за пять минут я успел улучшить ситуацию, – сказал я.

— Не заставляйте меня пожалеть о вашем назначении, сэр Карахан. Не обманывайтесь весельем в лагере. У вас ответственная миссия, шутки неуместны.

— Поэтому я не шучу, сэр великий приор. Мы готовы к переговорам.

— Не забывайте о пределах ваших полномочий, сэр Карахан. Вы должны обсудить с сэром Жорой варианты капитуляции. Главная цель – убедить раскольников покинуть форт. Вы должны прийти к разумному компромиссу. Сэр Мармиллион сориентирует вас в том, что орден может предложить взамен форта.

Сэр Мармиллион, застывший недалеко от великого приора, молча кивнул. Хаммер стоял рядом со мной, а Горнист с Оруженосцем переминались с ноги на ногу где-то сзади.

В палатку заглянул один из караульных и сказал:

— Сэр великий приор, к вам посланник от раскольников.

Бернард Верн свернул лежащую на столе карту.

— Впустить.

Вошел НПС двенадцатого уровня. Из узнаваемых аксессуаров рыцаря Ордена Совершенства на нем была только рыцарская кираса – ни цветастого плаща, ни кружевной рубахи, ни бантов, ни украшений, ни перстней. Лицо было угрюмым и обветренным. В руках он держал небольшой сундучок.

— Мир путникам, – сказал он и с надеждой окинул присутствующих взглядом.

На древнее ритуальное приветствие никто не отозвался.

— И тебе мир, отступник, – сказал, помолчав, великий приор. – Цель визита? Намерены обсудить капитуляцию?

— Я принес подарок, – посланец потряс сундучком. Раздалось бряцание.

Бернард Верн молчал. Холодные голубые глаза чуть прищурились. Два моих НПС переглянулись и отступили подальше от посланца.

Раскольник распахнул крышку и перевернул сундучок вверх дном. Раздался звон. На земляной пол хлынула волна драгоценностей. Несколько сотен перстней с разноцветными камнями образовали блестящую горку, часть раскатилась в стороны. Рыцарь наступил на перстни и поерзал сапогом.

Великий приор вздохнул и сказал:

— Следовательно, все рыцари в форте понижены в звании до оруженосца.

— Это больше, чем отказ от ранга! – воскликнул раскольник. – Это символ отречения. Посмотри, Бернард, ваши кольца неотличимы от грязи.

— Вы не хранитель Пути, чтобы читать мне нотации.

— Кто же я, по-вашему?

— Быть может, фанатик, сектант, дезертир? Нет, для меня вы только бывший рыцарь Ордена Совершенства. И этого достаточно, чтобы вас презирать. Возвращайтесь туда, откуда пришли.

Раскольник хмуро полюбовался на россыпь перстней и ушел.

Великий приор холодно обвел присутствующих взглядом и остановился на мне.

— Повторяю. Решить вопрос нужно миром. Я не намерен убивать соотечественников. В форте около семидесяти воинов, и нас полторы сотни. У обеих сторон есть артиллерия. В случае штурма кровь будет не только на моих руках, но и на ваших. Сейчас Пятая эпоха – наша эпоха. Люди не должны убивать друг друга. Особенно луарцы. Особенно рыцари.

— Понимаю. Вы гуманист.

— Не понимаете. Мой род воевал всю Четвертую эпоху, и я знаю, как это делается. Люди не должны убивать друг друга, но хотят, могут и умеют.

Я промолчал.

Видимо, такого ответа великий приор и дожидался, а не формальных реплик.

— Отправляйтесь, – сказал он и отвернулся, сложив руки за спиной.

Мы вышли из палатки на свежий воздух. Сэр Мармиллон задержался, а когда вернулся, то попросил меня зайти к командиру на тет-а-тет.