Книга След Бремера, страница 75 – Валерий Муллагалеев

— Чуть западнее. Мы очень медленно ехали последние дни.

Ноланд сместил палец влево.

— Мы находимся в двух-трех днях от переправы на востоке, а после нее останется лишь пара дней до Самородка, так?

— Верно.

— На юго-западе в сорока километрах от нас находится ближайший форт клеттов. Туда я и наведаюсь. Кстати, все забываю спросить, откуда у вас такие подробные карты диких земель?

— Да уж, такие не купишь у городских картографов! Мой приятель Олмстед снабдил меня копиями. Благодаря ему я и знаю этот край. Сам-то я, понятно, не ретивый путешественник, сижу в домике да занимаюсь переводами.

— Тот самый Олмстед, в комнате которого я остановился? Я видел его карты… и книги. Кто он такой?

— О, незаурядный человек… Он представитель редкой и увлекательной профессии – искатель книг. Отважится на все ради добычи редких и древних экземпляров.

— Неужели черный археолог? – нахмурился Ноланд.

— Не совсем, хотя зачастую его методы далеки от научных. Олмстед работает на библиотеки и уважаемых коллекционеров, так что расхитителям он не ровня. Но ты не отвлекайся, Ноланд! Доберешься до форта – и?

— И мне нужна ваша помощь…

Под диктовку Ноланда Вереск подробно изложил суть дела в письме, сделав перевод на альтурус. Теперь любой клетт, прочитав письмо, узнает об уязвимом месте вуивра.

— Я также написал, что ручаюсь за тебя – чтобы они не отобрали у тебя оружие. Кстати, ружье тоже возьми. И еще кое-что…

Вереск забрался в фургон и, вскрыв дальний ящик, принес Ноланду нечто, завернутое в шершавую бумагу. Предмет напоминал небольшой брусок мыла, из под обертки торчал фитиль. Брови у Ноланда поползли вверх.

— Теодор просил привезти на тот случай, если придется преодолевать гранит. Слишком грубый инструмент для археолога, но пара шашек всегда пригодится. Будь с ним очень осторожен. Очень!

Ноланд бережно убрал динамит в карман. Пожалуй, вуивр, привыкший противостоять воинам Четвертой эпохи, удивился бы такому сюрпризу. Ноланд вспомнил согнутое пополам ружье, и оптимизма поубавилось.

После короткого полдника из галет с финиками и приготовленного на керосиновой горелке чая они разошлись. Вереск отпускал Ноланда с волнением, но в целом отнесся к его задумке одобрительно и с уважением. Решили, что Ноланд отправится сначала по дороге на запад и уже потом свернет на юг. Так меньше шансов сбиться с пути, но главное, есть шанс встретить на дороге недавнего патрульного. Возможно, ему нужна помощь, а если все в порядке, то письмо с инструкциями по убийству вуивра достаточно передать ему, и тогда нет нужды ехать до форта. В любом случае Вереск будет двигаться на восток и разобьет лагерь, когда доедет до моста через реку. Там он дождется возвращения Ноланда, если тот не догонит фургон раньше.

Дождь барабанил по пробковому шлему и хлестал по лицу, ветер лез под ворот плаща, но в груди Ноланда пульсировал живой огонь куража. Ноланд чувствовал, что благодаря своему решению разорвал замкнутый круг и обрел некую самостоятельность. Путешествовать с Вереском – лучшее, чего можно пожелать на этих забытых дорогах, но в одиночестве каждое действие Ноланда становилось маленьким личным выбором, он мог поступать так, как считал нужным, основываясь на личных мыслях или ощущениях, без оглядки на старшего компаньона.