Книга След Бремера, страница 104 – Валерий Муллагалеев

— Вот и первый посетитель, – сказал он размеренным голосом, словно пел, – мир тебе, добро пожаловать в мою таверну.

Ноланд поздоровался и вошел. Взгляду открылась просторная комната, типичная для старинных таверн. Широкий камин, столы, лавки, стойка трактирщика, за которой виднелся вход на кухню. В камине горело несколько поленьев, таверну освещала большая керосиновая лампа, какие используются на кораблях. Тепло, светло и сухо – совсем не похоже на бесхозный дом.

— Разве таверна не заброшена? – спросил Ноланд, неуверенно улыбаясь. – Или вы тут проездом?

Человек говорил спокойно и просто, неведомый акцент и мелодичное течение речи добавляли словам скрытую мудрость:

— Все верно, я проделал долгий путь и решил остановиться в покинутом доме. Но поскольку это таверна, я должен выполнять обязанности трактирщика, пока обитаю здесь. Садись у камина, молодой путник, я подам ужин и, если не возражаешь, разделю с тобой трапезу.

— С удовольствием, – сказал Ноланд.

Решивший на время стать трактирщиком незнакомец выглядел странно, точнее, неожиданно для этих мест. Бронзовый цвет кожи и прямая тонкая переносица выдавали уроженца Наара или даже Хаммада. Одежды свободного покроя были песочного цвета и выглядели одновременно дорогими и простыми.

Ужин получился из походных припасов: лепешки, сыр, финики, чай, но всего в изобилии, чего не мог позволить себе Ноланд, экономя провиант. Трактирщик накрыл на стол, предварительно закрыв серую щербатую столешницу чистой скатертью, получилось опрятно и цивильно. Они расположились напротив камина вполоборота друг к другу и приступили к ужину, ведя неторопливый разговор.

Глядя на собеседника, сложно было сказать о точном возрасте: борода мягкая и белая, как у старца, длинные волосы серые, как у мужчины средних лет, а черные и подвижные брови могли бы принадлежать юноше. Он держал прямую осанку и обладал живой мимикой, заставляющей проявляться возрастные морщины отчетливей. Темные глаза смотрели цепко, но добродушно. Трактирщик действительно оказался из Хаммада, но в остальном рассказал о себе мало и даже отказался представиться:

— К сожалению, я не могу назваться – общественное положение обязывает меня путешествовать инкогнито. Но я не стану выдумывать имя и прошу тебя принять мою честность.

— Вы делаете нашу встречу еще более удивительной и загадочной, – сказал Ноланд.

— Чего только не случится на перекрестке двух старых дорог. И заброшенная таверна сегодня работает, как и сотни лет назад, – задумчиво сказал-пропел трактирщик. – Ты прав, наша встреча удивительна. Какие новости ты несешь? Меня насторожили слухи о вуивре.

— О, тогда у меня есть чем порадовать вас. Три дня назад рыцарь Ордена Совершенства сразил чудовище в бою.

— Кто только не водится в этих заповедниках, даже дикие рыцари! Но орден нынче уже не тот… Ты уверен, что сражался рыцарь, а не клеттский воин?

— Могу поручиться. Я лично присутствовал, даже помогал, – сказал Ноланд и вкратце поведал историю о вуивре, делясь своими мыслями по поводу чудовищ и изменения мира. Сказал даже о картине нового мира, которая, однажды привидевшись, никак не выходила из головы.

Трактирщик кивал, задавал странные вопросы. Необычайно меткий выстрел из чудесного револьвера и камень вуивра его совсем не заинтересовали, и незнакомец повел разговор в неожиданное русло.