Книга Новенькая, страница 26 – Валерий Муллагалеев

Настала темно-синяя прохладная ночь, со стороны улицы мелькали редкие фары, здание школы впало в спячку, превратившись в загадочную цитадель. Я указал на ветку тополя, гостеприимно ведущую к окну.

— Разобьем стекло! – выпалила Новенькая.

— Дикарка, – сказал я самодовольно. – Это стелс-миссия. Я открыл его изнутри.

Новенькая влепила мне поцелуй и полезла первой (разумеется), демонстрируя мне все преимущества мини-юбки.

Мы проникли внутрь. Школа превратилась в совсем другой мир: тишина, тайна, вседозволенность. Крадясь по коридору, половицы которого оказалась неожиданно скрипучими, мы шушукались, решая, куда залезть в первую очередь.

Кабинет директора решили оставить на десерт. Как и всех учеников школы, нас волновала подозрительная личность Андрея Ефимовича. Я был свидетелем, как в его отсутствие, разрываясь между уважением и любопытством, некоторые пытались подобрать код к его дипломату – всегда безуспешно, что еще сильнее сгущало вокруг него ореол тайны.

Сейчас Новенькая достала кольцо с отмычками и пыхтела, взламывая дверь в кабинет Ефимыча. Я мялся рядом, думая, что проникновение в школу вместе с Новенькой может обернуться катастрофой. Дверь отворилась.

— За мной! – скомандовала Новенькая свистящий шепотом.

Здесь пахло табаком, кофе, шоколадом и ромом, как будто мы пробрались не в кабинет учителя русского и литературы, а в каюту контрабандиста. Дипломата сейчас, разумеется, не было, но письменный стол Ефимыча тоже был всегда заперт и будоражил подростковые умы не меньше. Новенькая потерла ладони и занялась замочной скважиной: лицо светится азартом, ярко накрашенные губы приоткрыты, зрачки расширены. Я подсвечивал телефоном и украдкой нюхал ее волосы. Она чувствовала это и в ответ как будто пахла еще сильней, выделяя кружащие голову феромоны.

Яркими пятнами вспыхивали предположения, что же найдется в столе этого старого пирата, притворяющегося учителем. Почему-то на ум приходил пистолет со спиленными номерами, хотя кто в здравом уме будет хранить оружие в школе? Пачка фальшивых баксов? Фотографии голых школьниц? Или, не дай Бог, томик стихов Бодлера? Ящик был маловат для образцового "скелета в шкафу", и фантазия билась в этой тесноте, порождая все более дурацкие варианты.

Мы оба боялись, что найдем что-то банальное: больничный лист, чеки из магазина, дохлый калькулятор, газету "Книжное обозрение"... Я уже был согласен на шоколад, недокуренную сигару и протекшую бутылку рома – это хоть объяснило бы характерную ароматизацию кабинета (и самого Ефимыча). Но нас ожидало нечто совсем другое: билет на приключение.

Новенькая справилась с замком и, тихонько подвывая от предвкушения, потащила ящик наружу. Среди всякого хлама там действительно оказалась пачка сигарилл и начатая шоколадка, но в уголке лежал квестовой предмет: перетянутая резинкой пачка глянцевых флаеров.

На кроваво-красном фоне красовался кулак, от которого расходились трещины. "Бойцовский клуб", – кричал заголовок. А ниже: "Первое правило Бойцовского клуба: никому не говорить о Бойцовском клубе, поэтому если тебе попала в руки эта листовка – молчи, и приходи по этому адресу". Дальше было написано, что с собой взять и пр. Речь, конечно, шла не о просмотре одноименного фильма. Кто-то, возможно, сам Ефимыч, организовал в нашем городе подпольные бои!