Книга Волчий клан 1, страница 124 – Валерий Муллагалеев

* * *

Так то! Каждый может кинуть камень в волка, но не каждый может кинуть волка в камень.

В полдень я пришел к Алексею и вручил ему купчую на газету «Северный правдоруб». Припечатал к столу серебряный рубль для покупки.

— Газета твоя, Скороход, — сказал я и ухмыльнулся. — Хватит сидеть в этой дыре, приступай к настоящей работе.

Алексей стиснул в пальцах документы и медленно сел на стул.

— Охренеть, — прошептал он. — Неужели вы всё это спланировали заранее? Как⁈

Я рассмеялся.

— Изначальный план был похитить главреда и пытать его, пока он не продаст газету. План «Б» — расхерачить все станки и сжечь офис, после чего отправиться своей дорогой дальше. На деле получилось все чинно и даже законно. Сам в шоке.

Алексей уставился на меня с открытым ртом.

— Не боись, — сказал я, — газета в порядке, все живы-здоровы. Но прежде чем ты пойдешь принимать руководство, я хочу тебе кое-что показать. Пошли на воздух.

К карьеру шли вереницы местных люмпенов. Все тащили газеты. Кто-то охапку, кто-то стопку, из-за которой едва была видна голова.

Ко мне подбежал Пырь, взбудораженный и запыхавшийся. Мельком глянул на Алексея и выпалил:

— Обнесли весь город, ваше благородие. Вона какая куча!

Я подошел к куче, придирчиво осмотрел несколько стопок, выдернул случайный экземпляр из середины. Номер был тот.

Какой-то мужик подкатил тележку с двумя корытами.

— Рудные весы, — сказал он деловито. — С работы… взял.

Знаем мы такое «взял».

— Эт вы хорошо придумали, — сказал я, и мы приступили к взвешиванию макулатуры.

Газет было так много, что в какой-то момент я подумал, не влечу ли в долги. Но денег хватило. В россыпи выигранных на дуэли монет попадались и золотые, а их номинал составлял десять с лишним рублей.

Сборщики получили свои деньги, ажиотаж был как в день получки на производстве.

Я же смотрел на кучу газет, что громоздилась выше голов. Огромная сероватая масса шелестела на легком ветру. По моему распоряжению она была сложена вокруг старого столба.

Безусловно, статья уже успела подгадить мне репутацию, но эту волну тиража мы перехватили — уменьшили толпу недоброжелателей на тысячи человек, а то и больше.

Я и сам не заметил, как начал в своих мыслях говорить «мы» вместо «я». Это означало, что Волчий клан перестал быть абстракцией и стал реальностью.

— А теперь вишенка на торте! — громко сказал я и сделал знак привести Петра Сергеевича.

Двое мужиков вытолкали его из толпы. Он уставился на меня расширенными глазами, в которых ненависть уже растворилась в ужасе.

Говорить Петр Сергеевич не мог, так как во рту находился здоровенный газетный ком, размокший от слюны. Руки были связаны.

Я взял его за шиворот и поволок к столбу. Он отчаянно замычал и начал крутить головой.

Люмпены вокруг притихли. Алексей стоял бледный, смотрел неотрывно, явно догадываясь, что я собираюсь сделать.

Я привязал Петра Сергеевича к столбу, достал коробок спичек. Ядро Ярости вращалось в груди, словно словно зверь, что ходит по кругу в ожидании кормежки.

— Из-за твоей статьи сгорела моя усадьба, — проговорил я. — Люди отказались ее тушить, когда вспыхнул пожар. Понимаешь, что тебя ждет?

Ответ на этот вопрос бы «да», но Петр Сергеевич мотал головой, пытаясь сказать «нет». По лицу струился пот, смешанный со слезами, под носом надулся и лопнул сопливый пузырь.