Книга Волчий клан 2, страница 94 – Валерий Муллагалеев

— Тут шагов тридцать от силы. Если делить на семь, как ты говоришь, это будет всего шага четыре.

— Поглядим, как ты сделаешь хотя бы один.

Я поставил второй след. И действительно увидел ее — тропу, протянувшуюся от следа к следу. Она терялась из виду, стоило отвернуться от горячего тускло-желтым цветом отпечатка на камне.

Тропа змеилась в пространственных складках, исчезала, если сфокусировать на ней взгляд — что-то вроде мушек в глазах, сумрачного морока, искаженного отражения.

Навьяр подобрался и даже слегка привстал со своего места, смотрел с любопытством. Вода в котелке уже закипела и бурлила, поднимая струю пара, но он не обращал на это внимания.

— Давай, хлопец! — поторопил он.

Я шагнул на Волчью тропу.

Мир вокруг померк, очертания предметов замылились, расплылись. Я оказался в разреженном пространстве, дышалось тяжело, словно в непроветренном погребе. Силуэт Навьяра покрутил головой, явно потеряв меня из виду.

У меня под ногами змеилась красная нить, ведущая к первому следу. Я стоял у ее основания, а по бокам была клубящаяся темнота. Такая темнота, в которой даже волчьими глазами ничего не видно.

Я сделал первый шаг. Предметы кругом смазанным движением ринулись ко мне, словно я действительно прыгнул шагов на семь вперед.

У меня закружилась голова. Нить под ногами ощущалась как натянутая веревка. Я в цирке был дрессировщиком тигров, а не канатоходцем! С этой мыслью (и коротким ругательством) я упал.

И оказался на камнях площадки — еле успел выставить руки, чтобы не врезаться лицом.

Навьяр ощерил клыки в улыбке.

— Не сила, но изящество, — прокомментировал он. — Надобно легко, тонко, без спешки. Убедился? — Он высыпал в кипящий котелок какие-то травы из собственных запасов, отчего растекся приятный запах, такой неожиданный в Бездне. — Садись, хлопец, выпьем отвару.

— Сяду, когда пройду, — сказал я, направляясь к следу.

— Это затянется на всю ночь, — покачал он головой.

— Путь в тысячу верст начинается с первого шага, — заметил я и снова шагнул на тропу.

Перед древним волколаком мне не хотелось ударить в грязь лицом, причем в прямом смысле!

На второй раз я ступил на Волчью тропу осторожно, словно действительно шел по натянутому канату. С предельной собранностью, почти не дыша, сделал аккуратный шаг, полный этого вашего изящества.

Тем обиднее было вывалиться снова.

Я зыркнул на Навьяра, он промолчал.

Следующая попытка была такой же, разве что получилось переставить ноги дважды. Зато не упал, а просто вышел. Голова кружилась, словно спрыгнул с карусели.

Навьяр помешивал палочкой отвар. На покрытом язвочками лице была скука.

— Даже у меня в свое время получилось сделать это с десятого раза, — сказал он. — А меня с детства тренировали Волчьи витязи.

На зло ему, я решил во что бы то ни стало пройти путь меньше, чем с десятой попытки.

Соскальзывал, падал и вываливался. Голова начала кружиться и болеть. Ядро раздраженно пульсировало, ярилось, словно перед его мордой размахивали апортом, но все никак не бросали.

В конце концов не стало пофиг, я перестал смотреть на красную нить под ногами и сосредоточился на противоположном следе. Пошел вперед, переставляя ноги вслепую. Каждый шаг был интуитивным или, быть может, Ядро направляло ногу.

Очнулся я у каменной колонны, оказавшись за спиной Навьяра.