Книга Волчий клан 2, страница 51 – Валерий Муллагалеев

Отыскал лестницу, ведущую наверх — здесь я никогда не был. Те самые коридоры, которые «только для персонала».

Вместе со мной по ступеням бежали, быстро-быстро перебирая лапами, двенадцать астральных волков. Они были сотканы из струящейся алой Ярости, но глаза у всех были жгуче-желтые.

Вот и дверь на воздух, я вышиб ее пинком.

Луна на очистившемся от туч небе сияла единым огромным прожектором. Мой прожектор, мое представление.

Я оказался выше трибун, у балкона арбитра.

Балкон выдавался вперед длинным шипом и нависал над ареной.

В конце стояла высокая фигура в мантии.

Челищев, в отличие от всех кругом, и не думал суетиться. Он оторвал взгляд от распотрошенной взрывом халазии, посмотрел на стремительно пустеющие трибуны, где среди людей мелькали волколаки, и обернулся ко мне.

Я пошел к нему, передо мной шествовала дюжина астральных волков.

Комната, отведенная Инессе, была великолепна.

Обстановка усадьбы в предместьях была поскромнее, чем в особняке, однако низкие потолки и деревянные стены создавали уют. Комфорта добавляла отдельная ванная комната. Вообще, комната напоминала номер в приличной гостинице.

Проблема была только в запертой снаружи двери.

В решетках на окнах.

В наручах из красной осины.

«И в том, что меня похитил сумасшедший чернокнижник!» — подытожила Инесса и пнула ножку кровати.

Мебель здесь была солидная, широкая кровать с балдахином даже не шелохнулась от удара.

Инесса подошла к столу, с хмурым выражением лица съела виноградину. На подносе лежали фрукты и закуски, рядом стояла бутылка вина для, как сказал граф Челищев, комфортного отдыха.

«Отдохните с дороги, баронесса», — так он обосновал похищение.

На ее возмущенные вопли и попытки вырваться он улыбался и качал головой.

А потом ударил ее по лицу пятерней. Удар бросил Инессу на пол, на губах выступила кровь.

Она тогда еще заметила, как оживился его слуга Вавила, стоявший поодаль. Облизнулся, сделал шажок вперед.

«Ведите себя хорошо и скоро вернетесь домой невредимой», — сказал граф Челищев.

«Мой отец убьет вас», — прошипела тогда Инесса.

«Увы, Павел Рюмин захворал, — улыбнулся он. — Помолитесь о его выздоровлении и… благоразумии. О, меня посетила замечательная мысль! Напишите папе письмо. Убедите его отдать голос за мой проект».

«Дайте мне бумагу и чернила, — кивнула Инесса. — Я займусь сочинением вашей эпитафии, граф».

«Не буду вас торопить, — спокойно ответил он. — Выбирайте сами, как долго еще вашему отцу мучиться. День, два, неделю? А вдруг потом уже и поздно будет?»

Сегодня, в полнолуние, Инесса услышала, как граф Челищев засобирался на Арену. Сердце кольнуло от мысли, что Лютиков окажется в опасности, прямо в лапах чернокнижника, с которым не справиться даже ему.

Она ждала, что граф Челищев зайдет в ее комнату. Планировала кинуться на него и… что? Ударить мага седьмого ранга бутылкой из-под вина?

Впрочем, он все равно не зашел. Поболтал с Вавилой у порога и хлопнул входной дверью.

Скрипнули половицы от шагов Вавилы, и наступила тишина.

Прошел час.

Когда опустилась темнота, Инесса подошла к окну и взглянула на небо. Рваные тучи расползлись в стороны, выглянула полная луна. Она вселила в Инессу странную и нелогичную надежду на то, что все будет хорошо. Напомнила о Лютикове.