Книга Мифы близкого будущего, страница 6 – Джеймс Грэм Баллард

Зрители, как завороженные, наблюдали за происходящим. Многие при этом задавались вопросом: не зашли ли телекомпании слишком далеко?

Затем, безо всякого объяснения, миллиард экранов неожиданно погас.

Началось сущее светопреставление. Телефонные станции заклинило. Срочные звонки на межправительственном уровне привели к перебоям в работе спутников связи. Студии хроновидения в Европе и Америке в буквальном смысле подверглись осаде.

Увы, связи не было. Все контакты со съемочными группами прервались. Наконец, два часа спустя, на экранах ненадолго появилась картинка – волны, бушующие над обломками телевизионной аппаратуры. На ближнем берегу полчища египтян повернули обратно, в сторону дома. На дальнем – горстка евреев брела в сторону Синайского полуострова.

Но больше всего зрителей поразил зловещий свет, как будто для передачи изображения использовался некий древний, но удивительный вид энергии.

Все последующие попытки восстановить связь результатов не дали. Практически все оборудование глобального хроновидения было уничтожено, ведущие продюсеры и техники бесследно исчезли. Возможно, они бродят по каменистым пустыням Синая, как второе потерянное племя. Вскоре после столь сокрушительного фиаско сафари в прошлое исчезли из программ вещания всего мира. Как сказал, обращаясь к своей наказанной телепастве один склонный к иронии священник: «Большой канал на небесах тоже имеет свои рейтинги».

1966

The Greatest Television Show on Earth. Первая публикация в журнале Ambit, осень-зима 1972–1973 годов.

Мечта Мелвилла о полете на остров Уэйк – безнадежная амбиция, учитывая состояние его здоровья, – вновь ожила, когда он обнаружил в дюнах выше пляжного домика обломки разбившегося самолета. До этого, в первые три месяца жизни среди заброшенного курортного городка, построенного среди песчаных холмов, его мечта побывать на атолле в Тихом океане подпитывалась лишь коллекцией старых фотографий с разлохмаченными краями, смутными воспоминаниями о бесконечных взлетно-посадочных полосах и несостоявшимся образом себя самого за штурвалом легкого самолета, уверенно держащего курс на запад над океанскими просторами.

Но обломки разбившегося бомбардировщика в дюнах тотчас все изменили. Вместо того чтобы понапрасну тратить время на бесцельные шатания по пляжу или разглядывать с балкона во время отлива бесконечные наносы песка, простирающиеся покуда хватало глаз, Мелвилл взялся откапывать самолет. Можно сказать, он всецело посвятил себя этому занятию. Он даже отменил вечерние шахматы с доктором Лэнгом, соседом по пустому курорту, и отправился спать до начала телепередач. Встав в пять утра, он потащил к месту раскопок лопаты и кабель.

Бурная деятельность устраивала Мелвилла, помогая забыть о жутких мигренях, которые вновь давали о себе знать. Воспоминания о длительном лечении электрошоком тревожили его дольше, чем он ожидал. Они служили напоминанием о том, что на границах его сознания обитали элементы куда менее приятного мира, которые только и ждали, чтобы вновь восстановить себя в правах. Мечта улететь на остров Уэйк была своего рода компасом. А потом находка самолета дала ему шанс направить всю свою энергию в нужное русло и, если повезет, обуздать приступы мигрени.