Книга Наследник Тумана, страница 93 – Сергей Карелин

— Понятно. С вами все обошлось, а с ними что?

Я рассказал о нападении и повторил слова связанного исполнителя. Потом объяснил, что произошло на платформе Госэкспресса. Услышав об ордере, Боров придвинул записи и попросил не торопиться, чтобы успеть занести подробности.

— Речь ведь об Андрее Маковецком? — переспросил он, когда я закончил. — О бароне, которому вы груз доставили?

— О нем. Мы больше ни с какими Маковецкими там дел не имели.

— У него в Туле знакомых хватает, — Боров потер подбородок. — Если понадобилось оформить ордер, наверняка нашел, к кому обратиться.

Мила подалась вперед.

— Вот этого я и не понимаю. Он получил груз, с нами рассчитался, даже претензий никаких не было. Зачем потом посылать людей? Что мы ему сделали?

— Не знаю, Мила. Но просто так ссориться с Гильдией ему невыгодно. Узнают проводники, чем у него заканчиваются заказы, — никто больше не пойдет.

— Тот мужик сказал, что барону позвонили, — напомнил я. — И уже после звонка он приказал нас убрать. Может, груз здесь вообще ни при чем.

— Помню, я записал.

Боров замолчал, перечитывая свои пометки. Я ждал, хотя хотелось поскорее услышать, что делать дальше. Рязань не казалась таким уж надежным убежищем. Если Маковецкому хватило денег на двоих, найдутся и на новых исполнителей.

Мила первой нарушила молчание:

— Нам лучше уехать? Или хотя бы пожить где-нибудь, пока все не выяснится? Адреса наши узнать нетрудно.

— В чужом городе вы останетесь без помощи, — ответил Боров. — Пока побудьте в Рязани. Я свяжусь с людьми в Туле и попробую выяснить, кто звонил барону. С ордером тоже разберемся, но за один вечер я этого не сделаю.

— Его ведь могут и сюда прислать, — заметил я.

— Могут, только сначала придется оформить как положено. Тульский офицер вам верно сказал: с той бумагой, которую показали на станции, в Рязани вас не задержат.

Он повернул монитор и открыл почту. Несколько сообщений просмотрел внимательнее, затем покачал головой.

— Если дело связано с работой наших проводников, нам должны сообщить. А у меня ничего нет. Вы уже домой успели вернуться, и до сих пор ни строчки.

— Может, просто не отправили еще? — предположила Мила.

— Поэтому я и не говорю, что все закончилось. Проверять надо. С графом Аверьяновым мы ладим, через городское управление выясним, какие к вам претензии. От полиции бегать не нужно, но если кто-то позовет побеседовать без свидетелей, сразу звоните мне.

Боров открыл ящик и достал бланк.

— Вы работали по нашему контракту, так что это касается и Гильдии. Маковецкий не может просто решить, что проводники ему больше не нужны, и отправить вас на пустырь.

— А если за ним кто-то из Москвы? — спросил я. — Барон после звонка быстро засуетился. Вряд ли с ним разговаривал какой-нибудь мелкий чиновник.

— Сначала узнаем, кто звонил, потом будем решать. Сейчас мы даже имени не знаем.

Он вписал наши данные, сверился с листом на столе и поставил печать.

— Это свидетельство о защите на время разбирательства. Если вас снова попытаются задержать, показываете его и связываетесь со мной. Внизу служебный номер, там всегда кто-нибудь дежурит.

Я прочитал документ. Из него следовало, что Гильдия берет дело под свой контроль и требует сообщать ей обо всех обвинениях против нас. Не бронежилет, конечно, но после Тулы даже такая бумага успокаивала.