Книга Брачное агентство Миры Роун. Дом выбрал вам судьбу, страница 76 – Марина Исайр

— Последний пункт похож на опыт, оплаченный нервами, — заметила Миранда.

— Архивариусы редко пишут лишнее.

Внутри пахло сухой бумагой, сургучом, пылью и чем-то металлическим. Высокие шкафы тянулись в глубину длинного зала, каждый с латунной табличкой, несколькими замками и видом существа, которое не отдаст документы без серьёзного основания.

За стойкой сидел мужчина лет пятидесяти с узким лицом, гладко зачёсанными волосами и глазами человека, давно разочаровавшегося в должниках, кредиторах и посетителях, которые приходят «только кое-что уточнить».

— Запросы принимаются с девяти, — сообщил он, подняв голову.

— Сейчас девять часов семь минут, — ответила Виола.

— Значит, Вы уже семь минут могли подать запрос, но предпочли потратить их на вход.

Миранда посмотрела на Виолу.

— Он мне нравится.

— Это не ускорит выдачу, — сухо сказал архивариус.

— А что ускорит?

— Правильно оформленные основания.

Миранда положила на стойку письмо, договор и удостоверяющий лист, который клиентская книга утром выдала с таким достоинством, будто всю жизнь мечтала стать нотариусом.

— Мирана Роун, хозяйка брачного агентства. Действую по делу Эдрика Валля и леди Виолы Терн. Запрашиваю сведения о заверенных долговых условиях, связанных с брачным соглашением между семьями Валль и Терн.

Архивариус просмотрел лист.

— Брачное агентство не является поверенным.

— Не является. Однако соглашение заключено через брачное условие и затрагивает добровольность согласия сторон. Кроме того, леди Терн присутствует лично.

Виола сняла перчатку и положила ладонь на стойку. Клятву скрывал браслет, но мужчина всё равно задержал взгляд на её запястье.

— Ваш отец не направлял разрешения на выдачу семейных документов.

— Я не запрашиваю документы семьи Терн, — спокойно ответила Виола. — Мне нужна запись, в которой моё имя связано с долговым условием и брачным согласием. Моё имя принадлежит мне.

Архивариус едва заметно моргнул. За его холодным выражением появилось не сочувствие, а уважение к правильно сформулированному основанию.

— Формально запрос возможен. Практически нужная запись сейчас находится на проверке.

— Кто назначил проверку? — спросила Виола.

— Поверенный Орвин Шаль. Сегодня в семь часов сорок две минуты.

Воздух словно стал суше. Браслет на запястье Миранды похолодел, а от стойки к глубине архива проступили тусклые чернильные линии.

— Рано работает, — заметила она.

— Люди с нечистой совестью часто просыпаются раньше остальных, — отозвался архивариус.

Миранда посмотрела на него с новым уважением.

— Вы точно не хотите работать в моём агентстве?

— Я уже наказан государственной службой.

Виола чуть наклонилась вперёд.

— Эта запись может быть уничтожена, господин…

— Рем Тавер.

— Господин Тавер, Орвин пытается её стереть.

— В архиве ничего не уничтожается без основания.

Миранда посмотрела в глубину зала, где чернильная нить резко дёрнулась.

— А если основание уже подделывают?

Рем Тавер медленно перевёл взгляд на неё.

— Это серьёзное обвинение.

— Пока вопрос. Хотя день действительно не располагает к безопасным вопросам.

Архивариус молча выдвинул из-под стойки тяжёлый журнал с медными уголками и провёл пальцем по строкам.

— Запись хранится в отделе временно спорных долговых условий. Обычная выдача займёт около часа.