Книга Брачное агентство Миры Роун. Дом выбрал вам судьбу, страница 62 – Марина Исайр

— Нет, — выдохнула Миранда.

Эдрик снова побледнел.

— Что Вы увидели?

— Пока не знаю.

— Вы сказали это так, будто точно увидели что-то ужасное.

— Я сказала это как человек, который не любит сюрпризы в договорах.

В камине вспыхнуло пламя, и угли сложились в короткое:«Хозяйка видит».

Миранда резко повернулась к огню.

— Что именно я вижу?

Надпись перестроилась медленно, почти торжественно:«Хозяйка видит связи».

В комнате стало тихо. Даже Пик перестал трогать угол свитка лапой.

До этой минуты Миранда могла считать себя обычным человеком, случайно оказавшимся среди магии. Дом принимал решения, книга писала, камин разговаривал, а она оставалась Мирандой Александровой — женщиной с опытом, здравым смыслом, язвительным характером и чужим лицом. Теперь же магия впервые принадлежала не дому и не предмету. Она смотрела на мир её глазами.

— Почему только сейчас? — спросила Миранда.

Пламя просело, затем снова поднялось:«Второе дело сложнее. Нужен дар».

— Очень предусмотрительно, — отозвалась она. — Инструкцию к нему ты, разумеется, не выдашь? Или мне самой искать кнопку выключения?

После паузы появилось:«Кнопки нет».

— Конечно.

Эдрик смотрел на неё и камин, явно пытаясь понять, стоит ли задавать вопросы или лучше сразу потерять сознание.

— Вы действительно что-то видите в договоре?

Миранда не ответила сразу. Если сказать всё прямо, клиент окончательно развалится на части; если солгать, книга и камин немедленно выдадут её. Оставалась привычная деловая формулировка.

— Я вижу, что соглашение сложнее, чем кажется. Ваша связь с Виолой держится не на чувствах, а на обязательстве. С Мари связь другая.

Эдрик замер.

— Какая?

Миранда посмотрела на золотую нить, продолжавшую дрожать возле букета.

— Живая.

Он закрыл глаза. В этом жесте оказалось столько облегчения и боли, что Миранда впервые за весь разговор не захотела упрекнуть его в трусости. Некоторые люди молчат не потому, что им удобно лгать, а потому, что правда способна разрушить всё, на чём держались семья, имя, долг и привычная жизнь. Таких нельзя просто толкнуть в спину. Их приходится подводить к двери и ждать, пока рука сама ляжет на ручку.

Входной колокольчик звякнул, и Эдрик резко обернулся.

— Это Виола?

— Если дом решил добить нас без предупреждения, возможно.

Дверь распахнулась, но на пороге стоял Тиль. Волосы у него растрепались, куртка покрылась уличной пылью, зато лицо сияло от собственной значимости. В руке мальчишка держал конверт, выглядевший так, будто по дороге пережил бег, переговоры, отказ и повторные переговоры.

— Ответ, — объявил он. — Устный, письменный и один взгляд Неры Соль, за который, по-моему, полагается отдельная доплата.

Миранда почувствовала, как напряжение немного ослабевает.

— Ты быстро.

— Я дорогой не потому, что медленный.

— Пока ты получил только треть оплаты.

— Именно поэтому и вернулся быстро, пока заказчик не передумал платить остальное.

Эдрик вскочил так поспешно, что кресло отъехало назад.

— Мари придёт?

Тиль посмотрел на него, затем на букет и только после этого ответил:

— Сначала она сказала, что не желает видеть человека, который покупает цветы другой женщине, когда через три дня женится.

Эдрик побледнел.

— Но…

— Я ещё не закончил, — остановил его Тиль, важно подняв палец. — Потом Мари сказала: раз уж Вы наконец нашли дорогу к храбрости, постарайтесь не потерять её по пути. Нера Соль выразилась грубее, но я смягчил. Госпожа Берта учила, что плохие новости надо передавать так, чтобы тебе потом заплатили, а не догнали.