Книга Прочнее оков, страница 69 – Ольга Куно

— И после этого министр называет циничной меня? Вообще-то, когда человек умирает, это в принципе плохо, не так ли?

— Смотря что за человек, - немного подумав, возразил Альдриг.

— Ладно, принимается. Архиепископ был хорошим человеком. Но сейчас, с его уходом, начинается борьба за власть. То есть она, конечно, началась намного раньше, едва стало известно, что он тяжело заболел. Однако до сих пор претенденты держались в рамках приличий, теперь же их ничто не останавливает, и битва пойдёт в полную силу.

— И тебе не всё равно, кто из святош займёт тёплое место?

Я улыбнулась. В богов Альдриг верил так же, как и я, иными словами, из всех возможных верований предпочитал атеизм. И выводы он в целом делал правильные.

— Видишь ли, при других обстоятельствах меня бы это действительно не беспокоило. Внутренние церковные вопросы мало меня тревожат. Но в данном случае есть нюанс. Наиболее напрашивающийся кандидат, наш местный епископ, по идее не луч света в тёмном царстве. Большим святошей его не назовёшь, и впечатления особо интересной личности он на меня не произвёл. Однако если исключить сугубо церковные дела, архиепископ – это обычная административная должность. Высокая, конечно, но для того, чтобы нормально с ней справляться на повседневном уровне, сверхъестественных талантов не нужно. С этой стороны я не вижу особых проблем. Но существует второй претендент, прелат Кантонии. Это не просто высокий чиновник с религиозным уклоном, это человек идейный. У него идея фикс: он жаждет сеять доброе и вечное.

Альдриг медленно кивнул.

— Я так понимаю, доброе и вечное обычно пытаются сеять огнём и мечом?

— Схватываешь на лету, - похвалила я. – Наш милый прелат хочет незамедлительно покарать всех неверных, притом не только в Дилии, но и – в первую очередь – за границей. А вот на это, как ты понимаешь, мне уже не наплевать.

— Но такие решения всё же принимает не архиепископ, а король.

— Да. Но в некоторых вопросах наш король колеблется, и главное духовное лицо страны совместно с некоторым количеством сочувствующих дворян вполне может его убедить.

— Согласен, перспектива не самая радужная. И всё-таки причём здесь ты? В данный момент это вопрос внутренних политических игр Дилии. Впоследствии – головная боль военных. Или тебя направят в соседние страны, чтобы ты передала им требование незамедлительно сменить веру?

— Нет, это вряд ли. Но я могу вступить в игру раньше. Видишь ли, у меня много связей за границей. А мы ведь не единственное государство, где проповедуется квадрианство. Если нынешнего епископа Гертийского поддержит высшее духовенство других квадрианских стран, нашим церковникам придётся прислушаться к этому мнению. И у воинственного прелата почти не останется шансов.

— И ты считаешь, что можешь на это повлиять?

Я вновь опустила взгляд на начатое письмо.

— Не исключено, что могу. Дело в том, что я немного знакома с кардиналом Вестрали.

— Что такое «кардинал»?

— То же самое, что наш «архиепископ», - махнула рукой я. – В Дилии название одно, в Вестрали другое, но суть от этого не меняется. Высшее духовное лицо в государстве. И член международного квадрианского синода. Других кардиналов я лично не знаю, но у меня неплохие отношения с одним епископом из Арелии, а он, ни больше ни меньше, духовник их королевы. А потому, пусть к его титулу не прилагается приставка «архи-», властью он обладает немалой. Вот этим двоим я и собираюсь написать. И попросить о личной встрече. Так что, похоже, нам с тобой предстоит попутешествовать в самое ближайшее время. Раз уж ты решил везде меня сопровождать. Не передумал?