Книга Прочнее оков, страница 161 – Ольга Куно

— Леди слишком устала, чтобы ждать ещё дольше, - с нажимом произнёс Альдриг. – Вы не можете заставить пострадавшую просидеть здесь до вечера.

— Правильнее было бы переправить её домой прямо сейчас, - согласился вен Сольдо. – Но вы ведь сами слышали порталиста. Он сказал, что сможет открыть проход лишь трижды. В первый раз прошли вы, во второй – все остальные. Следовательно, у нас только одна возможность вернуться.

— Порталист сказал, что чем больше перемещений, тем меньше продолжительность каждого, - возразил Альдриг. – Для того, чтобы возвратить леди Одри в столицу, хватит и полминуты.

— Хорошо, я проверю, что можно сделать, - сдался вен Сольдо и отправился совещаться с Вендлером.

Вскоре оба вернулись, вполне довольные друг другом.

— Переход продержится ровно минуту, - предупредил маг, приступая к работе. – Но вам и потребуется сделать всего один шаг.

— Роланд, отправитесь с ними, - распорядился вен Истро. – Я останусь и прослежу, чтобы здесь всё прошло как должно. А вы займитесь наиболее срочными вопросами и не забудьте про «бабочку» в приграничье.

— Почти готово! – объявил Вендлер.

Я попыталась встать, но голова тут же закружилась, и я сочла, что лучше не дёргаться. В конце концов, мы со стволом успели некоторым образом сродниться. Сидя и вдобавок опираясь о него обеими ладонями, я чувствовала себя значительно комфортнее. Потом подошёл Альдриг и, ни о чём не спрашивая, взял меня на руки. Ствол сперва воспротивился такому произволу, зацепившись сучком за подол платья, но затем сменил гнев на милость, видимо, решив, что Альдриг – достаточно надёжная ему замена. Промелькнула мысль о том, не слишком ли сильно мы шокируем приличных людей столь вольным поведением, но затем я сообразила, что, во-первых, для потерпевшей подобное допустимо даже согласно этикету, а во-вторых, приличных в нужном смысле людей здесь, может быть, и не сыщется. Потом мне стало не до размышлений: голова снова закружилась, но лишь на несколько мгновений, а глаза я открыла уже в своём кабинете.

Горячая волна облегчения (наконец-то дома!) схлестнулась с холодком дискомфорта: комната выглядела непривычно. Письменный стол завален картами и совершенно незнакомыми чертежами. В уголке одиноко приткнулась совершенно пустая розетка. Ковёр покрыт следами пыльных сапог (бедолага Керсингтон, наверное, в ужасе). Чернильное пятно вызывает для разнообразия приятные воспоминания. Везде, где только можно, приткнулись чашки с недопитым чаем и стаканы с водой – но ни капли алкоголя. На кресло небрежно наброшен чей-то сюртук.

Помимо нас, только что прибывших, в кабинете ещё трое: жандарм, незнакомый мужчина в штатском и, собственно, дворецкий, вероятнее всего присматривающий за этой парочкой. При нашем появлении он чуть не выронил фарфоровую статуэтку, которую, видимо, собирался переставить в более безопасное место, сделал шаг в нашу сторону и снова застыл, не зная, как правильно повести себя в такой ситуации. Пора было брать контроль в свои руки, я надавила ладонью на грудь Альдрига, и он сразу понял, выпустил меня из объятий.

— Леди Одри, как я рад вашему возвращению!

— А уж я тем более рада, Керсингтон!

Я подошла и приложила на пару мгновений ладонь к его плечу. С меня бы сталось и броситься ему на шею, но поступок, столь драматично выходящий за рамки этикета, наверняка выбил бы бедолагу из колеи. А так его глаза заблестели от избытка чувств, и он ещё раз пробормотал, что счастлив моему возвращению.