Книга Прочнее оков, страница 120 – Ольга Куно

— За ошибки иногда приходится дорого платить. Особенно если они совершаются на моей территории.

В сопровождении охранника мы зашагали дальше. Вен Истро больше меня не удерживал, и я бы, наверное, побежала, если бы знала, куда именно. В мозгу промелькнула дурацкая мысль: если камера – шестая, означает ли это, что в данный момент здесь допрашивают ещё как минимум пятерых? Впрочем, вряд ли.

Дверь, к которой подвёл нас охранник, уже была слегка приоткрыта. Ворвавшись внутрь, я практически мгновенно охватила взглядом допросную. Стражник у стены, взирающий на нас слегка растерянно. Человек в длинном кожаном фартуке, в нескольких местах запачканном кровью, правда, кажется, засохшей. Точно не знаю: то ли освещение в допросной было отвратительным, то ли у меня потемнело в глазах. Следователя нигде не видно, на столе – стопка бумаги, на верхнем листе расползлась клякса, рядом валяется брошенное в спешке перо.

И – в глубине комнаты – Альдриг. Руки вытянуты вверх и перехвачены ремнём, плечи неестественно подняты, голова опущена. Ноги едва касаются пола. Рубашка снята и валяется у стены, на теле кровоподтёки. О том, что он жив, свидетельствует только прерывистое дыхание. На предплечье отчётливо виднеется рабская руна. Конечно, на входе в такое место иллюзорная магия должна спадать. А увидев руну, они точно не сочли нужным церемониться.

— Немедленно снять! – приказал вен Истро.

— Но, господин, допрос не окончен, - возразил палач.

С меня было довольно. В своё оправдание могу лишь сказать: я не очень хорошо осознавала, что делаю. Магическая энергия буквально хлынула к кончикам пальцев. Я вскинула руки – и на палаче загорелся не только фартук, но и вообще вся одежда. Он завопил, вертясь, как волчок. Я смотрела, не испытывая – на осознанном уровне – никаких эмоций.

Возникла отстранённая мысль, будто другой человек сделал комментарий: если бы на моём месте был боевой маг, гореть бы палачу на самом деле. А так даже следов не останется. Но ощущения такие, как если бы всё было по-настоящему. Он же палач, его работа в том, чтобы делать людям больно? Полезно будет прочувствовать, каково это, на собственной шкуре.

Ещё я, тоже без особых эмоций, подумала, что вен Истро, наверное, рассердится. Он же заранее предупредил меня: ни во что не вмешиваться, держаться в стороне. Приглушённо, словно сквозь пелену воды, послышался его голос:

— А ты что стоишь? Не видишь – леди нервничает? Ты следующий на очереди.

Стражник, до сих пор во все глаза глядевший на палача, испуганно дёрнулся, метнулся к механизму и, взявшись за ручку, стал аккуратно разматывать верёвку. Ступни Альдрига коснулись пола, и он медленно приподнял голову. Волосы липли на покрытый испариной лоб, а по глазам было неясно, в сознании он или нет. Меж тем стражник трясущимися руками снял ремень.

Альдриг сделал пару шагов, но затем колени подкосились, и он бы упал, если бы всё тот же охранник, явно работавший в допросной не первый день, не подхватил его под грудную клетку. Я подскочила с другой стороны, к счастью, в последний момент сообразив не трогать ни руки, ни плечи.

Вен Истро сделал знак охраннику, который нас сопровождал, чтобы тот меня сменил. Альдрига медленно повели наружу. Палач уже не кричал, скорее поскуливал, обхватив себя руками. Иллюзорное пламя догорало.