Книга Агент Спектра, страница 21 – Алексей Губарев

Винтовка легла в руки, как влитая. Заряжена бронебойными патронами редкого ранга — самое то для боя по бронетехнике.

Как и ожидал, большинство техномутантов не достигли того предела, когда их уже не берёт оружие редкого ранга. Первая же бронелягушка, получив две пули, замерла на месте, а секундой позже ей в бочину врезался снаряд из псевдотанка, разворотив броню.

Затем я взялся за танк, и очень быстро понял, что на этого монстра нужно что-то посерьёзнее, или знать уязвимые точки. Мне они были неизвестны. Что ж, есть еще одна лягушка, её добьём. А после сменю оружие.

Я так увлекся уничтожением противника, что совершенно забыл о том, что на мне «невидимка». Разумеется, действие навыка закончилось, и меня засекли. Нет, не сражающиеся между собой техномутанты. Я попал под действие сканера.

Если бы не аура «ужаса техно», мне пришёл бы конец. Тварь, поджидавшая с противоположной стороны бетонного тоннеля, едва зафиксировала моё местонахождение, тут же отдала приказ на открытие огня. Вот только из-за сбойнувшей системы целеуказание оказалось ошибочным, и первые снаряды легли на полсотни метров дальше моего местоположения.

Свист подлетающих мин я воспринял, как очередной пакет ракет РСЗО. Не придумав ничего лучше, залёг на дно пересохшего канала, и накрылся «огненным щитом», обнуляя последние очки духа. В этот момент уже начало грохотать, заглушая все остальные звуки.

Щит накрыл меня, словно куполом, и в него тут же прилетели первые осколки, комья земли, мелкие камушки. Но уже через секунду в мою сторону взрывом метнуло целый пласт земли, и я мгновенно почувствовал давление на предплечье. Пришлось стиснуть зубы, и поднапрячься.

Следующие минуты полторы вокруг меня и надо мной разверзся ад, полностью засыпав мою тушку землёй. Давление всё нарастало, тяжесть на щите увеличивалась, и я в какой-то момент даже запаниковал и попытался вскочить. Не смог, похоже меня присыпало парой тонн земли и прочего мусора. Щит, словно вылитый из стали колпак, кромкой вжался в почву, и замер. А затем я получил оповещение, что активировалась способность «живучесть», и теперь у меня перед глазами запустился отсчёт — оставалось одиннадцать минут, тридцать секунд. И в дополнение от щита стал исходить нестерпимый жар.

Я терпел, сколько мог, но через пять минут стало совсем невмоготу, и пришлось активировать вторую способность «живучести», потратив все пятьсот очков. Мгновенно стало легче, а таймер сменил цифры — теперь у меня оставалось двадцать пять минут жизни без кислорода, и двенадцать — в этом пекле. Должен выжить.

Мои возможности выносить жар, который всё так же продолжал нарастать, закончились на десятой минуте. Сознание почти провалилось в беспамятство, когда щит исчез, а перед глазами вспыхнуло сообщение. Выругавшись про себя, так как не было никакого желания вдыхать раскаленный воздух, лишённый кислорода. Я просто лежал неподвижно, и отсчитывал секунды таймера, показывавшего, сколько мне осталось. Лишь одна мысль билась в моей голове — "почему меня до сих пор не завалило землёй?

Когда завершился отсчет второй способности, жар вновь навалился на меня, и я, не выдержав, извлёк револьвер, и произвёл два выстрела перед собой. Повезло — первый патрон оказался бронебойным. Он прошил почву, спекшуюся до состояния керамического панциря и застывшую в полуметре от моей груди. Вторым выстрелом я машинально попал в уже проделанное отверстие, в которое проник свет. Рвануло, и надо мной образовалась воронка, диаметром приблизительно в двадцать-тридцать сантиметров.