Книга Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями, страница 92 – Ева Кофей, Хель Сорго

— Разве? Прошу меня простить… — Арктур с нежностью заключает её ладони в своих, и касается их горячими губами. — Не знаю, как так вышло. Мне не терпелось пройтись. Думал успею к твоему возвращению.

Она качает головой. И всхлипывает, хотя не собиралась разводить мокроту.

— Я понимаю, что ты не человек и для тебя это нормально. Но я старая женщина, мне недосуг бегать по пляжу и гадать, жив ты или мёртв.

Арктур смеётся и на этот раз прижимает её ладони к своей груди.

— Милая человека, ты очень молода. И жив я, конечно же, жив. Позволь мне загладить вину… Тебе не к лицу грустить. Тем более из-за такой рыбины, как я.

— Кто? — Люба всё же фыркает и дарит ему улыбку.

Арктуру повторять это нелегко, император, как-никак. Но он видит слёзы на глазах Любы, и вздыхает:

— Рыбина… я. Невнимательная. А это большой минус для рыб.

На этот раз она и вовсе смеётся. И всё же решается высказать:

— Почему бы тебе не пойти ночевать у Аниты? Ты ведь с ней ушёл. И трогал её.

— Трогал? Хм… А ты разве не трогала бы хвосты других русалок?

Люба задумывается.

— Трогала бы.

— Ну вот, — улыбается он.

Люба усмехается:

— А если бы я трогала хвосты других… русалов?

И улыбка сползает с его лица.

— Ладно, я понял.

— Правда? — приподнимает она бровь и глядит на него с недоверием.

— Да. Больше такого не повторится. Мужчин, — после недолгих раздумий, на всякий случай добавляет он, — трогать не буду тоже.

— А? — она отшатывается от него.

— Мало ли, — отчего-то передёргивает его.

И внезапно Арктура ведёт в сторону так, что ему приходится опереться о стену.

— Что с тобой?

Люба подрывается к нему и вцепляется в руку.

— Устал, видимо, не привык ходить, — огорчённо вздыхает он.

И ведёт горячей ладонью по спине Любы. После чего раздаётся треск ткани, и Арктур чувствует, как руке его становится свободнее.

Люба посмеивается по-доброму.

— Ещё бы, бедный, пойдём в номер… Чья на тебе одежда, кстати? Очень… миленько.

— Не знаю… — отзывается он, по пути стягивая с себя порванную… — Забыл, как называется. У нас такого нет. От жары мы спасаемся на глубине. А там кровь такой же температуры будет, как и вода. Если, конечно, не… Неважно, — отводит он взгляд усмехаясь.

Люба отчего-то краснеет и запускает его в номер.

— Ложись… Отдохни. Ты, наверное, голодный?

— Голодный, — и правда ложится он. — Но больше всего сейчас я хочу тебя.

— В каком смысле? — замыкается она, чувствуя себя… странно.

Арктур протягивает к ней руку.

— Чтобы ты лежала рядом. Иди ко мне, Любовь.

— Я тебе уже говорила, что приличная девушка, не помнишь?

— Помню. Я не позволю себе лишнего. Веришь?

Она вздыхает. Не совсем это хотела услышать. Чуть-чуть промахнулся.

— Хорошо.

И садится на постель.

И Арктур сразу же притягивает её к себе ближе, обнимая, зарываясь лицом в её волосы.

— Так рад… Соскучился по тебе.

Люба улыбается.

— Со всеми друзьями так себя ведёшь?

— Если честно, ты не просто друг.

Сердце пропускает удар. А это уже то, что ей хотелось услышать.

— Продолжай.оно, будто наивен я и в сказки верю. Но…

Арктур продолжает обнимать Любу, гладит её по руке будто бы отвлечённо, мерно дышит ей в шею, едва не касаясь губами. И шепчет спустя какое-то время тишины и тепла:

— Ты дорога мне. И нравишься. Не просто, как друг. И интересна не просто, как человеческая девушка. Мне не хочется искать ни одну другую, чтобы узнать или сравнить. Не в этом плане уж точно. То другое, не просто кожу потрогать от любопытства. Я… уверен, отчего-то, что лучше тебя мне не найти. Не знаю, как объяснить… Понимаю, что звучит оно, будто наивен я и в сказки верю. Но…