Книга Любовь Владыки. Курортный роман с последствиями, страница 121 – Ева Кофей, Хель Сорго

Она, сдерживая смех, с удовольствием валится на постель.

Он рассматривает то, что она дала, внимательно и сосредоточенно.

— Ладно… Но тебе придётся потом объяснить мне получше, так ли я всё понял. Странно, конечно, но, как скажешь.

Он решает не спорить. Человечка хочет так, значит, будет так.

— Значит, идём? — Арктур собирается снова подхватить её на руки.

— А тебе подойдёт размер? Ты посмотрел? — прячется она под одеялом. — Ничего там не прорежется об… чешую?

Арктур смеётся.

— Всё нормально. И чешуи там у меня нет.

— Совсем? А сильно отличается?

Люба произносит это шёпотом. Волнуется. Надо ведь заранее убедиться, пока не слишком поздно…

Арктур присаживается на пол у кровати и опирается на край локтями.

— Не-а, не особо. Нежнее, разве что… Всё же у людей многое кажется грубее. На ощупь.

— А… — шепчет Люба. — А у тебя хоть получится?

— Почему нет? — удивляется он. — Что за вопрос?

— Ну… не… смущай меня.

— Этот вопрос смутил меня самого, — замечает Арктур. — Тебя взволновало, что ты человек? Так это ничего. Правда. Да и разница невелика…

Она выглядывает из-под одеяла.

— Правда? Думаешь… всё будет нормально?

— Ну конечно, — тянет он, а в глазах его мерцают весёлые искры. — Глупышка моя… Неужто не доверяешь мне?

Люба вжимает лицо в матрас и краснеет.

Арктур забирается к ней под одеяло и сгребает её в охапку, прижимая к своей груди.

— Чувствую себя рядом с тобой… подростком, — усмехается. — Надеюсь только, что хотя бы незаметно этого. Люба… — меняет он вдруг тон, — а что за история у людей с кошками? Это одна из тех загадок, что не могу разгадать.

— С кошками? А что с кошками?

— Вот я и не знаю. Почему они рядом, вы ведь не едите их? Они служат вам какую-то службу? Я вблизи их даже не видел толком.

— А у вас разве нет питомцев? Морские котики? Они нужны просто, чтобы о них заботиться. Чтобы не было… одиноко. Животные веселят, дарят радость и тепло. Не только кошки.

— Как веселят кошки? У нас разве что рыбки да другие гады, которые яркие и безопасные, радуют глаз. Но на этом всё. Вот, как у вас цветы, например.

— А у вас нет цветов, если их заменяют рыбы? У каждого животного свои повадки, за ними интересно наблюдать, к тому же… кошки уж точно разумнее рыб. У каждой есть свой характер.

Люба прижимается к нему.

— Но я хотела собаку, правда, Максим не позволял, а потом не до того было.

— Я сказал так для сравнения. Имел в виду, что ценим в них если не какую-то практичную пользу, то красоту. Цветы есть. Только они не пахнут. А как это, — гладит Любу по голове, нежно перебирая пряди её волос, — как не позволял? Почему?

— Не любил животных, мы жили вместе, так что нужно было считаться.

— Ты считалась с тем, что он не любит их, но он не считался с твоим интересом? Странно. Или вы договаривались об этом заранее?

— Нет, но одно дело жить без собаки. Другое — терпеть собаку. Тут мне нужно было уступить.

— Пожалуй, — тянет он после небольшой паузы, и вдруг встаёт и поднимает её на руки. — Но знай, что я бы уступил тебе, — улыбается, выходя с ней из номера. — Мне хочется видеть тебя довольной. И если захочешь завести собаку, кем бы эта тварь ни была… — он не совсем уверен. — В общем, я разрешаю.

— На Дне, да? — смеётся Люба. — Куда мы?

— Куда собирались, уже сумерки… На Дне. Не знаю, — задумывается, — может, и придумали бы что-то. Не скучать же тебе там по собакам.