Книга Замужество в подарок, или Дебют попаданки, страница 73 – Джулия Поздно

— Пей, — проговорил мужчина, — до дна.

Вудворт, не сомневаясь ни минуты, опустошил чашу. Отвар по вкусу был наипротивнейший и напоминал те, что ему давали в детстве при простудах и легких недомоганиях. Каких-то особенных перемен в своем теле принц не почувствовал. Его магический фон по-прежнему отливал цветами четырех стихий, и никакого пятого элемента племени Гуатроми он всебе не чувствовал.

— Раз это наша последняя встреча, то я хочу тебя поблагодарить за неоценимую помощь.

— Благодарности дело хорошее. Но мне мало твоей благодарности. Пообещай, что твоя магия будет направлена исключительно на благие дела.

Ну что же, требование Вэбино было более чем обоснованно, и мужчина наверняка знал о том, что доверяет свою силу в надежные руки, но по обычаю Гуатроми должен был взять со своего последователя нерушимую клятву. И Вудворт дал такое обещание. Принц прибегнул к магии четырех стихий, и когда на его призыв откликнулась последняя — земная, он почувствовал еще что-то...

Видение будущего пришло совсем неожиданно. Он наблюдал за королевскими скачками, как будто был одним из зрителей на ипподроме. Но взгляд был прикован не к лошадям, участвующим в забеге, а к Шелли. Девушка сидела вполоборота и смотрела на отца Оскара, лорда Эванза, ее лицо не выражало никаких эмоций, только глаза странно поблескивали в лучах солнечного света.

Затем картинка сменилась. И Вудворт смог рассмотреть полуподвальное помещение, похожее больше на тюрьму. И Шелли вновь предстала в этом видении. Только на этот раз она не сидела изваянием, а, используя свою магию, боролась с прибывающей водой.

— Я думал.

— Зря.

— Но невеста и продолжение сильного магического рода.

— Оскар, ты — идиот, если поверил, что меня заботит, кто родит тебе ребенка.

Я сидела в кресле и слушала, как Говард Эванз раскрывал часть своих карт. Мне бы очень хотелось встать и ударить магией по лорду, но я даже мизинцем на руке не могла пошевелить. Странная магия. До сегодняшнего дня я ни о чем подобном не слышала и не читала.

— Шелли Тревор — носительница особенного дара, именно это привлекло твоего дружка-принца в ней, что он даже втянулся в борьбу за нее.

— С чего ты взял, что ее дар какой-то особенный? Да, ей покоряется магия воды, но каким образом это дает понимание...

Я могла только слышать этих двоих. Их голоса, интонации, но видеть — нет. Мне словно белой пеленой заволокло глаза. Просто белая простыня, и ничего больше. С того момента, как я увлеклась непревзойденным блеском ордена на груди лорда Эванза, мир поблек и потерял реальность, но слух мне не изменил.

Я услышала, что один из мужчин встал и что-то начал доставать. Стук чего-то, деревянного ящика или, может быть, шкатулки, остро врезался в мое сознание. А дальше я услышала невероятные вещи.

— Ветвь, что ты ей вручил, была отмечена специальным раствором. Благодаря этому мне удалось похитить часть ее ауры, что позволило изучить...

На этом месте я перестала что-либо соображать, потому что Говард Эванз с какой-то фанатичностью стал перечислять последовательность чуть ли не целого химического эксперимента.

В химии я не особо была сильна, поэтому из всего научного бреда, что выдавал лорд Эванз, мне удалось понять лишь, что эти опыты проводились давно и с одной лишь целью — вырезать несколько сильных родовых веток в Аксарии. Пассетты также входили в число этих счастливчиков, особенно мужчины. Зачем это потребовалось Говарду Эванзу, он не стал пояснять, из чего я сделала выводы, что даже родной сын не входил особо в круг доверия своего отца. Пешка на шахматном поле, не более.