Книга Там, где цветёт папоротник, страница 86 – Анна Корнова

Потом они лежали на траве и смотрели на звёздное небо, а звёзды смотрели на землю из дальних глубин космоса, подмигивая двум счастливым людям. Первым заговорил Борислав:

— Я когда тебя первый раз увидел, сразу подумал, что вместо чичерской княжны со мной поедешь. Даже когда водимую жену возьму, ты в княжеском тереме жить останешься.

— В смысле, водимую жену возьмешь? И как скоро ты жениться собираешься?

— Может, Снежана найдётся. Волхв сказал, что в Нави её нет. Если до карачуна не объявится, то батюшка другую невесту подберёт или сам встречу: в боярских домах много хороших дочерей растёт.

— А я как же?

Борислав обнял Свету, прижал к себе и жарко зашептал:

— Ничего не бойся. Со мной всегда будешь. Я тебя никогда не оставлю. Любить буду всей душой. Желанная, ты теперь моя, только моя…

— Жаль, что я не доросла до твоего чувства юмора, – перебила Светлана.

Больше она ничего не сказала, а поднялась и пошла к вековому дубу, под кроной которого Неждан оборудовал ей лежак из веток, застеленных плащом (сам он, как и остальные дружинники, спал на голой земле).

Борислав остался лежать у поваленного вяза и, проваливаясь в сон, думал о том, что впереди предстоит трудный и тяжёлый путь в Смоленск, зато цель похода достигнута. Пусть ценой потерь и тяжких разочарований, но стало известно, кто пытался помешать союзу кривичей и радимичей, кто подло предавал свою дружину – семью свою. А молодец Светлана, что надоумила к лютичам отправиться. И он молодец, что взял её с собою.

А Света, свернувшись на сложенных под дубом ветках, вспоминала слова Неждана: «Княжичу тебя, безродную, в жёны взять не позволят». Она и не собиралась выходить за княжича замуж: какая семья, если ей скоро в двадцать первый век возвращаться! Она дни до Купалы считает. Но вот целовать, говорить о любви, называть своей и тут же откровенно делиться планами на скорую женитьбу – этого Светлана принять не могла.

Людмила Владимировна обсуждала по телефону с Ириной Павловной, своей ближайшей подругой, невесту младшего сына.

— Мне она сначала очень понравилась: скромная, приятная такая, я даже на Юлю рассердилась, когда та Снежану критиковать начала. А выходит, что Юля сразу её прочувствовала.

— Люд, про мнение Юли молчи. Ты знаешь, как я к ней отношусь. Она, кроме себя, никого не любит. Да и себя не каждый день.

— На этот раз Юля права оказалась. Я боюсь, что эта Снежана сейчас забеременеет, родит, ребёнка в квартиру пропишет, а Влада пошлёт. Останется он без семьи и без жилья, – понизила голос Людмила Владимировна.

— Ну, ты уж так не нагнетай. Конечно, то, что у Андрея на Дне рождения случилось, это очень некрасиво. Но я Игорька знаю. Я его люблю, он мой крестник, но всем же известно, что он тот ещё ходок. Увидел смазливую девицу и решил приударить, ну, а Юлька, как всегда, сцену устроила. Она по части скандалов мастерица.

— Тут не поспоришь: Игорь к женскому полу неравнодушен. Но, как говорится, сука не захочет, кобель не вскочит. Я же тебе говорю: эта Снежана первый раз в дом пришла и тут же в ванной с Игорем уединилась. Юля дверь открыла, а там эта красотка, по пояс раздетая, к Игорю прижимается. А Владик всё это видел, и, представляешь, никакой реакции! Ещё и свою красотку принялся успокаивать: «Снежа, ты не волнуйся. Снежа, ты не переживай».