Книга Одержимые убийством. Грязная война англичан в Северной Ирландии, страница 93 – Мартин Диллон

В теневых сферах грязной войны использование людей в качестве осведомителей, агентов и агентов-провокаторов не только вызывает споры, но и ставит серьёзные вопросы перед демократическим обществом. Полиция, армия и разведывательные службы никогда не признают, что они «нанимают» людей для шпионажа в своих интересах или что они мирятся с тем фактом, что некоторые из этих людей действуют преступным образом или поощряются к этому для повышения своего статуса в террористических организациях. Использование осведомителей жизненно важно для оперативной разведки, которая определяет, каким образом силы безопасности борются с терроризмом. Говорят, что осведомители поставляют более двух третей всей разведывательной информации, и делают они это по разным мотивам, включая деньги, угрозы, шантаж, месть или даже жажду острых ощущений, а иногда и желание победить терроризм. Пытаясь точно определить такие термины, как «осведомитель» или «агент», можно обратиться к определениям, предоставленным Школой войсковой разведки (армейским разведывательным подразделением) для начинающих офицеров разведки:

а. Источник:

лицо, предмет или деятельность, из которых получается разведывательная информация.

b. Орган (Agency):

это отдельное лицо или специализированная организация, используемые для сбора и/или обработки информации.

c. Агент:

в разведывательном употреблении – это тот, кто уполномочен или инструктирован получать или помогать в получении информации для разведывательных или контрразведывательных целей.

d. Осведомитель (Informant):

это любое лицо, которое даёт информацию. Этот термин обычно используется для описания случайного или ненаправленного источника, в отличие от информера, который обычно связан с преступной деятельностью, может направляться и получает плату за свои услуги.

Эти определения, кажется, указывают на то, что агент – это тот, кто выполняет работу осведомителя, но не связан с преступной деятельностью (другими словами, сотрудник подразделения служб безопасности), хотя это в равной степени может относиться к кому‐то, кто не является членом террористической организации, но получает крупные суммы денег за предоставление разведывательной информации об этой организации или за участие в её деятельности. Я считаю, что эти определения дают мало возможностей ни для реальной оценки роли людей в рамках этих военных категорий, ни для суждения о законности или этической природе этого аспекта войны. Когда осведомитель (informer) пойман парамилитарными формированиями и казнён, полиция, армия, MI5 или MI6 никогда не признают, что этот человек работал на них. Фактически, они не признают использование таких оперативников, как описано в документе Школы войсковой разведки. Общепризнанным принципом является то, что использование агентов и осведомителей – необходимое, если не существенное, средство борьбы с терроризмом. Однако, поскольку риски для тех, кто выполняет такую работу, огромны, можно предположить, что большинство осведомителей не вызываются добровольцами. Я думаю, будет справедливо сказать, что агент – это сотрудник правительства, который заключает контракты на выполнение работы с людьми, которые затем определяются как осведомители (informers). Я утверждаю, что и те, и другие являются сотрудниками, но осведомители берут на себя больший риск, потому что они действуют на острие терроризма. Некоторые агенты идут на ужасающий риск, но в более продуманной манере.