Книга Антигеноцид. Армянская секретная армия против Турции, страница 53 – Маркар Мелконян

Прежде чем Шишко вернулся в Афины, чтобы продолжить переговоры с греками, он показал Монте туристический буклет Дубровника, Югославия. Идея залечь там на дно имела смысл: жилье в Югославии было дешевым, и в Дубровнике, городе, наводненном туристами, они вызовут мало подозрений. Прежде чем отправиться в Югославию, Монте передал свой испорченный итальянский паспорт арабскому товарищу в обмен на должным образом подделанный ирландский. В течение следующего полутора лет он путешествовал под невероятным именем Тимоти Шон Маккормик, родившийся 8 февраля 1954 года в Дублине.

20 мая 1989 года Монте и Сета вылетели в Белград и, проведя пару ночей в молодежном общежитии, прибыли на автобусе в Дубровник, все еще таща за собой два переполненных чемодана. Там, на берегу Адриатики, Монте наконец получил возможность начать редактировать эссе, которые он писал на протяжении многих лет. Он хотел опубликовать эссе вместе как книгу о национальном вопросе и армянской борьбе.

Дубровник был относительно дешевым, но инфляция вскоре начала сказываться на крошечном бюджете Монте. Когда контакты во Франции не смогли вовремя перевести ожидаемое поступление денег, они с Сетой собирали бутылки из-под газировки в парках и сдавали их в мини-маркете за пачку макарон-ракушек. Они собрали еще бутылок на следующий день, но когда они предъявили свое сокровище в мини-маркете и стало ясно, что они не возвращают бутылки из-под напитков, купленных там, хозяин выгнал их из магазина. Унылые и голодные, они отправились в пекарню, чтобы полюбоваться булочками в витрине, дышащими свежестью из печи. Монте спросил у пекаря, сколько стоит булочка, затем выгреб все монеты из карманов и пересчитал их. Не хватало. «Извините», – пожал он плечами и начал уходить. Пекарь побежал за ними, взял монеты Монте, не пересчитывая, и вложил ему в руку булочку.

Вернувшись в свою комнату, они вспомнили, что канадская туристка этажом ниже недавно потеряла пляжное полотенце. Сета открыла свой багаж и достала два полотенца, которые друг подарил как преждевременный свадебный подарок. Монте постучал в дверь туристки, поднес полотенце к носу, чтобы скрыть смущенную улыбку, и предложил его продать.

Вот куда привели его десять лет труда, агонии и опасности: продавать свое полотенце туристке. Ситуация показалась ему скорее забавной, чем печальной.

Когда Монте закончил вычищать и редактировать свои эссе о национальном вопросе, он сложил бумаги пополам и отправил сверток мне на безопасный адрес в Сан-Франциско. Я получил эссе в четырех увесистых коричневых бумажных конвертах с дубровницким штемпелем от 12 июня 1989 года. Они сопровождались просьбой опубликовать материал в виде книги, чтобы способствовать более вдумчивым дебатам и большему единству среди товарищей. Я назвал книгу «Право на борьбу». Поскольку несколько более длинных эссе были написаны коллективно, Монте попросил меня опубликовать книгу либо анонимно, либо под именем коллективного автора. Он не хотел, чтобы его имя фигурировало как единственного автора книги. «Что я считаю важным, – объяснил он, – так это представлять идеи и информацию, а не трубить в рог той или иной личности».

Я не уверен, почему проигнорировал его указания. Возможно, я подумал, что они были результатом ложной скромности. В конце концов, Монте явно был автором книги: вся рукопись была написана его паучьим почерком, и каждая страница была заполнена его сухой прозой. Только позже я обнаружил, что совершил серьезную ошибку. Но к тому времени ущерб уже был нанесен: из-за того, что я проигнорировал указания Монте и назвал его единственным автором, книга вызовет взаимные обвинения со стороны сокращающихся рядов его товарищей, которые обвинят его в присвоении полного авторства, когда ему полагалась лишь частичная заслуга.