Книга Варварская Мексика. Леваки и феминистки против бандитов, страница 54 – Лаура Кастелланос

«Президент никого не обманывал. На общественных площадях он никогда не говорил „я феминист“; он говорит „я гуманист, борец за социальную справедливость“.

И противоречие и излишество некоторых радикальных секторов женщин – ждать голоса патриарха, и если патриарх не говорит, то нас, остальных, не существует, а это не так. Он – величайший выразитель Четвёртой трансформации, но Четвёртую трансформацию делаем мы все. Мы – феминистское движение и мы – четвёртая трансформация, и мы продвигаем изменения, ломаем парадигмы, пытаемся гарантировать права женщин и идти дальше. Если за три года существования администрации мы не умеем признавать достижения, это значит либо что мы ошибаемся, у нас предвзятое мнение, либо что это мнение обусловлено нашими пристрастиями или фобиями: мы находимся на передовой паритета, потому что первая женщина-феминистка заняла вторую по важности должность в этой стране.

И да, доступ к правосудию для женщин – одна из больших проблем. У нас нет единственного ответа, потому что есть элементы культурного характера, которые нужно разрушить. И движения помогают их разрушать. Поэтому я убеждена, что руководство президента Андреса Мануэля Лопеса Обрадора очень помогает», – аргументирует глава Национальной комиссии по предупреждению и искоренению насилия в отношении женщин.

Надин Гасман передаёт тот же оптимизм, что строится феминизм в четвёртой трансформации и что он скоро проявится в движении, девизом которого могло бы быть «Ради блага всех, сначала беднейшие».

Президент Национального института женщин уточняет, что им не нужно выбирать между женскими организациями или принадлежностью к Четвёртой трансформации: «Мы – феминистки четвёртой трансформации, потому что она будет феминистской или не будет. Это феминизм для закрытия разрывов неравенства с коренными, сельскими, афромексиканскими женщинами, женщинами с инвалидностью, женщинами из сексуального разнообразия».

Для Надин Гасман манифестации «розового алмаза» являются частью больших ожиданий перемен, которые породило правительство Лопеса Обрадора, как и декриминализация абортов, происходящая в конгрессах штатов и подтверждённая решениями Верховного суда нации.

«Не то чтобы вещи должны были случиться, потому что пришло время. Нет. Они случаются, когда существует политическая структура для их осуществления. Также не случайно существует феминистская внешняя политика и паритет. Не случайно и то, что в Мексике есть образование с женской перспективой и интерсекциональностью – та ниша, которая была захвачена правыми в Латинской Америке», – перечисляет она.

И делится примерами: разработана модель первичной профилактики насилия; в Министерстве культуры борются с гуру, когда премии и программы исключают женщин; Sedatu занимается городским планированием с женской перспективой; оба министра экономики продвигали деловые раунды в поддержку предпринимательниц. «Когда говорят, что мы ничего не делаем, что нет бюджета, я говорю: ну что ж… Если они не хотят видеть…»

АМЛО, «расширяющий возможности» женщин

Подозрения и сомнения относительно усилий, которые предпринимают феминистки четвёртой трансформации, находят взаимность в неудовлетворительных оценках, которые они сами дают недавнему прошлому.

«Мы должны были прийти к власти, чтобы создать новое видение прав человека женщин и разрушить ту дискурсивную симуляцию, которая существовала долгие годы, сделав реальностью то, к чему мы стремились», – утверждает Мичер. Примером тому, говорит она, служит отчёт Высшей аудиторской палаты Федерации, в котором раскрывается, что миллиарды песо, которые маркировались для субстантивного равенства в Приложении 13 каждого ежегодного бюджета, были фикцией: ресурсы для сельского хозяйства и микрокредиты, которые не использовались.