Книга Варварская Мексика. Леваки и феминистки против бандитов, страница 40 – Лаура Кастелланос

Недоверие было взаимным. Феминистки-посредницы столичной администрации – Марта Ламас и Габриэла Родригес Рамирес, тогдашний министр по делам женщин Мехико, – высказались против новых способов протеста. И это сделало их «непроходимыми» для коллективов.

Разрыв был политическим. Но также и поколенческим. Не случайно одним из требований тридцати восьми анонимных участниц – так было решено для гарантии их безопасности – было показать Малу Мичер, что требования обоснованны, учитывая твиттер-критику сенатора от Морены в адрес «вандальных действий» молодых женщин.

Клаудия Шейнбаум принесла с собой письменные предложения. Она признала серьёзность проблемы и свою приверженность её решению. Но жестом, который приглашённые сочли оскорбительным, она попросила их не упускать из виду, что самые частые жалобы, которые они получают, – от их матерей и по поводу семейного насилия. Комментарий, свойственный сопротивлению правительства признать, что происходящее в семьях – это не частное дело, а проявление структурного насилия, за безнаказанность которого отвечает государство.

«Ты ничего не поняла, Клаудия!» – крикнула одна из активисток на антикульминационном завершении встречи, которая перешла в рабочие группы, которые без энтузиазма и эмпатии постепенно умерли от истощения.

Тем не менее столичное правительство действовало, и три месяца спустя, 22 ноября, оно объявило на свой манер тревогу по сексуальному насилию, ограниченную домашним насилием, не затрагивая тяжких преступлений – изнасилования, исчезновения и торговли людьми, – которые были приоритетными для коллективов; коллективам также не удалось установить механизмы мониторинга, которые, как они утверждали, помешали бы властям быть и судьёй, и стороной.

Таким образом, требование поколения «алмазных» продолжалось, проявив свою звучную силу на площади Конституции 29 ноября 2019 года с помощью женского хорового перформанса Las Tesis перед Национальным дворцом: «Государство-угнетатель – это насильник-мачо! Насильник – это ты…!»

Но чуждая со студенческих лет феминистской повестке, которую в левых кругах приняло её поколение, Клаудия Шейнбаум не захотела отходить от президентского сценария, который считает само собой разумеющимся, что субстантивное межполовое равенство является неявной причиной проекта преобразования.

Что действительно изменилось в пятницу 14 февраля 2020 года, в следующий момент мобилизаций в связи с фемицидами Ингрид и девочки Фатимы, так это решение столичного правительства встретить протесты полицейскими, стреляющими из огнетушителей с перцовым газом.

Министерство гражданской безопасности – под руководством Омара Гарсии Харфуха, который в октябре предыдущего года сменил Хесуса Орту – и глава Шейнбаум утверждали, что они нужны только для тушения огня.

Но последствия зелёного дыма для глаз и горла протестующих, зафиксированные сотрудниками Комиссии по правам человека Мехико и членами Бригады Марабунта, остались свидетельством этой произвольной меры, для которой не существовало протокола, основанного на законном применении силы, который сохранял бы баланс между сдерживанием актов вандализма и гарантией права на протест.

Эти события открыли главу критических президентских заявлений против женских мобилизаций. «Я прошу феминисток, со всем уважением, не раскрашивать нам двери, стены. [Говорю им, что] мы работаем над тем, чтобы не было фемицидов, что мы не симулянты, и что они не ждут, что мы будем действовать как репрессоры, пусть не путают нас».