Книга Сталинисты в Америке. Стратегия силовых действий, страница 76 – Хизер Бут

Фермеры собрались у дома молодой фермерской семьи, Конанов, которых выгоняли с их земли, полные решимости убедить потенциальных покупателей не поднимать ставку выше пяти центов или доллара. Аукционист отменил торги. И организация помогла фермерам договориться с государственным директором FmHA о рефинансировании фермы и возобновлении деятельности. В Пейнсвилле, Миннесота, COACT отправила переговорную группу в офис местного президента банка с предложениями католического епископа диоцеза Джорджа Шпельца по разрешению кризиса на ферме Конанов. Банк вызвал полицию, и караван полицейских машин выдворил группу. «Шериф был сочувствующим, – вспоминал Джо Храстил, координатор фермерской организации COACT. – Он попросил округ купить автобус, потому что считал, что это будет случаться часто».

В дополнение к конкретным проблемам, все такие публичные мероприятия помогали донести мысль, что растущие экономические проблемы, которые испытывали люди, не были их личными. «Люди сидели за кухонным столом, и мы говорили: „Это происходит везде. У всех проблемы. Если ваш банкир говорит вам, что вы единственный, это ложь“, – описывал Храстил. Горячая линия, по которой фермеры могли звонить за информацией и советом, оказалась поразительным успехом. «Люди могли звонить анонимно. И нас захлестнули звонки со всего штата». Кэролайн Слокум, организовывавшая в консервативных юго-восточных районах штата, находила организовывать людей ещё труднее. «Очень редко я встречала кого-то с опытом организации, – вспоминала она. – Я пыталась втянуть людей в разговор, заставить их поговорить о своей собственной ситуации, понять, что есть общая проблема».

Многолетняя систематическая организация создала сеть лидеров по всему штату. Затем в 1984 году настроение изменилось. «Это было очень драматично, – рассказывала Слокум. – Внезапно люди поняли, что они не одиноки». Когда Бобби Ползин, сельская активистка и член COACT в Брюстере, созвала собрание в октябре, и пришли сотни, включая местных бизнес-лидеров и профессионалов, это повлияло на весь штат. Это быстро переросло в организацию Groundswell, которая зимой привела тысячи к Капитолию штата с требованием годичного моратория на лишение права выкупа и законодательства о минимальных ценах на зерно. COACT бросила свой организационный персонал на службу движению. «Количество округов, которые я охватывала, увеличилось с четырёх до двадцати, – описывала Слокум. – Мы ставили дюжину стульев, а приходило 120 человек».

По мере распространения фермерского кризиса он привлекал поддержку из многих других областей. Артисты, особенно исполнители кантри и вестерна, многие из которых сами имели фермерские корни, пели о бедственном положении фермеров. Вилли Нельсон, «вне закона» поэт американской глубинки, пришёл им на помощь. Он организовал Farm Aid – масштабный концерт, привлёкший артистов и зрителей со всей страны, для сбора средств, которые были распределены среди многих усилий фермерских групп по самопомощи.

Из фермерской организации, при содействии таких политических деятелей, как Джим Хайтауэр из Техаса и Том Харкин из Айовы, и таких организаторов, как Марк Ричи из Лиги сельских избирателей, фермеры разработали то, что было названо «популистской альтернативой» как политике Рейгана, так и традиционным программам фермерских субсидий. Законопроект получил название «Закон о реформе фермерской политики 1985 года» или просто «Закон Харкина». Его фундаментальной целью было расширение власти семейных фермеров в отношениях с кредитными институтами и покупателями товаров. Он включал несколько основных положений: