Книга Карлос навсегда. Жизнь революционера, страница 63 – Игорь Молотов

Ямани тяготел к популярности: он выступал с комментариями по юридическим и околополитическим вопросам в различных газетах. Именно это и привлекло к нему внимание молодого принц Фейсала, любимого сына короля Ибн Сауда. Фейсал предложил Ямани стать его советником по юридическим вопросам. В 1962 году, когда Фейсал обставил своего брата Сауда в борьбе за королевский трон, одним из его первых действий было увольнение нефтяного министра, арабского националиста Абдуллы Тарики и назначение на этот пост тридцатидвухлетнего западника Ямани.

Личность шейха Ямани вызывала неоднозначную реакцию – именно его считали ответственным за закулисную антиарабскую политику. Как однажды сказал Киссинджер, который также часто встречался с Ямани, «он казался мне исключительно сообразительным и знающим; он мог говорить со знанием дела на многие темы, в том числе и из области социологии и психологии. По своему происхождению он не мог в то время занять в своей стране место политического лидера – это была прерогатива принцев – а по своему таланту – вести жизнь рядового чиновника. Он выдвинулся на посту настолько существенном, насколько он был периферийным в осуществлении реальной политической власти в самом королевстве. Он стал преимущественно техническим исполнителем».

Ямани был во всем человеком Фейсала, который вытащил его на вершину большой политики. Король в свою очередь награждал огромными земельными владениями, стоимость которых во время нефтяного бума колоссально возросла и которые являлись основой личного состояния Ямани. Близкие и доверительные отношения с королем обеспечивали Ямани полную свободу действий, которую он использовал для продвижения антиарабской политики своего королевства, которому он был безгранично предан.

Оказавшись с Карлосом в одной комнате он спросил, что с ним произойдет. Карлос ответил, что его судьба уже предопределена политикой Саудов, в которой он занимает одно из центральных мест. Если австрийские власти не зачтут его обращение и не предоставят самолет, о к шести часам вечера он будет казнен. Но человек такого мужества как достопочтенный шейх не может держать зла за это на Карлоса.

— Вы сошли с ума, вы заявили, что убьете меня, а теперь еще хотите, чтобы я не держал зла на вас, – взорвался министр, – Что вам от меня нужно??

— От Вас? Вы серьезно? – брезгливо парировал на реплику Карлос, – Мне незачем давить на вас. Я хочу оказать давление на правительство Австрии, чтобы выбраться отсюда. А вас я просто хотел поставить в известность о дальнейшей судьбе.

«В ходе моих двух встреч в кабинете генерального секретаря с шейхом Ахмедом Заки Ямани, – пояснил мне суть разговора Карлос, – я задал ему вопросы, которые нас интересовали; он был красноречив, но старался как можно меньше сказать по существу. Он даже ловко пытался купить меня»

К вечеру обстановка полностью разрядилась: министры могли без особых на то разрешений покидать конференц-зал, Карлос щеголял знаем языков болтаю с министрами на арабском, французском, испанском и английском языках, другие боевики полулежа слушали радио ожидая выступление президента с их комюнике, а веревки для того, чтобы связывать министров без дела валялись грудой в углу. Карлос сообщил министрам нефти, что он и его товарищи ведут борьбу с капитализмом и империализмом, не щадя ни чужие ни свои жизни. Он же – Карлос – лидер революционного международного авангарда, который ведет эти силы к неминуемой победе.