Книга Шайтан Иван 12, страница 147 – Эдуард Тен

— Командир, — коснулся моего плеча Паша. — Не лезь на рожон.

Паша был прав. Постарался сбить азарт боя. Выстрелил два раза. Попал, видел падающие тела.

Через двадцать минут стрельба утихла. Из глубины леса послышался крик.

— Командир, свои, не стрелять! Осторожно, сходимся.

— Добро Костя, сходимся! — ответил Савва.

— Зачистка, контроль! — раздалась команда Кости.

Через час всё закончилось. Насчитали сорок девять трупов. Собирать всех не стали — забрали ценные трофеи. Разведчики захватили тридцать семь лошадей, остальные разбежались, как и несколько нападавших. Аслан и Эркен категорически отказались бросать лошадей. Да и признаться, жалко было оставлять — отличные строевые лошади, по статям много превосходящие наших. Немецкие штуцера, качественное холодное оружие, хорошая телега с фуражом.

Костя притащил двоих раненых.

— Савва, работай.

Я сел в стороне, наблюдая за его действиями. Оба молодые мужчины, лет двадцати пяти, может, чуть младше. Один ранен в ногу, другой — в плечо. На первые вопросы — молчание и злые взгляды.

— Игла, — коротко скомандовал Савва.

Эркен и Паша скрутили раненого в ногу и вывернули руку. Савва медленно ввёл иглу рядом с локтем.

Тут началось такое! Допрашиваемый заорал благим матом — на польском, немецком и ещё на каком-то языке. За эти двадцать секунд он успел и повыть, и заплакать, и пустить слюни, и потерять сознание.

Савва вытащил иглу и повернулся к другому пленному. Тот, ошалевший от ужаса, увиденным быстро заговорил, отвечая на вопросы без утайки.

— Остатки отряда пана Ястремжинского из Галиции. Польский легион. Командование объединённого польского легиона узнало о прибытии русского посланника к генералу Гёргею. Опасаясь, что генерал пойдёт на переговоры с русским командованием, приказало пану Ястремжинскому с остатками эскадрона напасть и убить русского посланника. Богушский лес — место, которое нельзя миновать.

Савва посмотрел на меня. Я качнул головой — давая понять, что пленные мне не нужны. Разведчики короткими ударами ножа ликвидировали обоих.

Миновали Богушский лес и остановились на ночлег в поле.

— Ты зачем балаган устроил? — тихо спросил у Саввы.

Он молчал.

— Хотели посмотреть, как оно без кляпа будет, — виновато признался Паша.

— Чурки с ушами, б…ть, — со злостью сквозь зубы тихо прошипел я. — Ну что, насмотрелись? Полковник чуть не обоссался от жути такой. В следующий раз на себе попробуете, натуралисты хреновы.

Бойцы сидели с опущенными головами, понимая, что накосячили конкретно и заслужили разнос командира.

— Интересно, как оно, без кляпа? — ехидно передразнил Эркен Пашу, инициатора эксперимента.

Паша промолчал, осознавая свою вину.

— Слышь, Савва, а чё такое нат…таррр…лист?

— А хрен его знает. Что-нибудь непристойное, наверно. Командир всегда так: обзовёт и смеётся втихаря, а ты гадай, как он тебя обозвал. — С досадой ответил Савва. — Угораздило послушать тебя.

Остаток пути проехали молча. Полковник не лез с душевными разговорами после наглядного допроса пленных и их ликвидации. По его взгляду было понятно, что Иштван задумался над тем, кем я являюсь на самом деле. Его отношении ко мне и моим людям в корне поменялось.

Ставка командующего армией, фельдмаршала светлейшего князя Паскевича.

— Здравия желаю, ваша светлость.