Книга Шайтан Иван 12, страница 117 – Эдуард Тен

— Ну, веди, Костя, до лагеря.

Лагерь был разбит с умом и со всей тщательностью. Сразу угадывались расположение Пластунской бригады, лагерь Егерского батальона, стоянки казаков и Горского полка.

Костя послал верхового, и к моему приезду пластунский батальон уже построили для встречи. На относительно ровной площадке замерли все пять сотен. Я вышел из кареты и подошёл к встречавшему меня Андрею.

— Ваше высокопревосходительство! Сводный пластунский батальон отдельной пластунской бригады для встречи построен! — отрапортовал он.

Мы повернулись к строю.

— Здравия, пластуны!

— Здравия желаем, ваше высокопревосходительство! — стройно грянули сотни.

— Вольно, бойцы!

Я пошёл вдоль строя, и отовсюду на меня смотрели знакомые, улыбающиеся лица. На душе была радость встречи и наступившее спокойствие. С такими бойцами ничего не страшно.

— Как прошёл марш? — спросил я у Андрея и Ерёмы, шагавших по бокам.

— Всё хорошо, командир. Пришли на два дня раньше положенного. Серьёзно больных нет, так, по мелочи. Вроде и не спешили, а график движения опередили.

— Ну, молодцы, отцы-командиры. Значит, марш провели грамотно. Честь вам и хвала.

Мы подошли к штабному фургону, где меня уже ждали командиры других частей: полковник фон Мангер, войсковой старшина Дорожный, Михаил Лермонтов со своим начальником штаба. Я тепло поздоровался со всеми, обнял каждого. Полковник Мангер слегка растерялся, когда я по-дружески обнял и его.

— Простите, ваше высокопревосходительство, — сказал он, оправдываясь за неловкость, — как-то не привык я здороваться с начальством объятиями.

Все рассмеялись, глядя на покрасневшего Мангера.

— Не смущайтесь, Геннадий Карлович. Если начальство уважаешь — можно его и обнять. Вы меня уважаете, полковник?

— Даже не сомневайтесь, Пётр Алексеевич, — совершенно серьёзно ответил фон Мангер.

— Вот и славно. Андрей, а где у тебя зал для совещаний?

— С другой стороны фургона, командир. Сейчас бойцы подготовят.

— Что ж, господа офицеры, — сказал я, когда все расселись на походных табуретках, — начнём.

— Император Австрии Франц Иосиф официально обратился к нашему государю за помощью в подавлении Венгерского восстания. Его величество издал приказ о введении в пределы Австрийской империи шестидесяти тысячного корпуса. Ваш Кавказский отряд находится в моём прямом подчинении. Исполнению подлежат только мои приказы.

Довожу до вашего сведения: категорически запрещаются любое насилие и произвол по отношению к мирному населению. Все, кто с оружием в руках, подлежат уничтожению. Это распространяется на все войска, участвующие в походе. Со мной прибыл обоз с новым оружием. Андрей Владимирович перевооружить батальон, ружья старого образца передать частью егерям, казачьему полку и горскому. На все дела сутки. Послезавтра выступаем. Вопросы?

Вопросы в основном касались распределения старых образцов ружей. Командиры стали расходиться.

— Михаил, завтра буду у тебя в полку. Без помпы и мишуры, всё по делу.

— Слушаюсь командир.

— Погоди, письма возьми. — я протянул ему письма от Лейлы, пять штук. Радостный Михаил схватил их и поспешил в расположение своего полка.

— Чего уставился на меня, Андрей? — усмехнулся я, доставая из кожаной сумки его письма. — Это от Мары и отца.

— Как они там поживают?