Книга Шайтан Иван 10, страница 38 – Эдуард Тен

Тот молча кивнул, присоединившись к Паше. Аслан, как тень, встал за моей спиной.

Подойдя к калитке, я взглянул в щель. Картина была нехорошей. Собралось уже больше сотни человек — озлобленных, вооружённым чем попало. Их рёв нарастал.

Я отвернулся. Рядом, у стены, лежали истерзанные тела Любавина, его секретаря и двух казаков. От людей осталось лишь месиво из плоти и тряпья.

— Страшная смерть, — тихо, сквозь зубы, выдохнул Самойлов.

— Эркен!

— Я здесь, командир.

— Видишь того, в чёрной чалме? Орёт, машет кинжалом. Подстрели его. Не насмерть. Главное, чтобы говорить мог. Олесь, поможешь Эркену.

Подошли Паша с Семёном.

— Пришли мстить неверным. За что, так и не смог сказать.

Наконец, хорошо разогретая толпа пошла на штурм. Бойцы Самойлова кинули три гранаты малой мощности и вслед раздался очередной залп из дробовиков. Толпа потеряв убитых и раненых отхлынула. Эркен, Паша и Олесь выскочили за ворота и подхватив раненного в ногу активиста притащили его во двор. Толпа громко шумела отойдя на безопасное расстояние. Они продолжали кричать, грозить и кидать камни. Раздалось два выстрела. Но идти на штурм желающих не было. На улице, перед воротами лежало, больше трёх десятков убитых.

Подошёл к раненому активисту. В грязной одежде, бритая голова и редкая бородёнка. Практически беззубый рот, возраст определить не представляется возможным. Зло оскаливал свой беззубый рот произнося проклятья и морщась от боли в раненой левой ноге.

— Сёма, спроси кто приказал напасть на посольство?

— Ругается только.

Я неожиданно наступил ему на рану и провернул носок.

Активист взвыл дурным голосом, захлёбываясь слезами и соплями.

— Это Сафар, Са…фа.р. Он сказал, что надо убить всех кто в здесь, особенно того кто в мундире…. — Захлебнулся активист. Он на рынке большом обитает возле мечети. Его там многие знают.

— После такого шума спрятался уже. Не найдём его. — Подвёл итог Семён. Я кивнул Паше, и он свернул шею активисту.

— Сергей, что там? — спросил у Самойлова.

— Стоят, не расходятся. Ждут чего-то.

Прошло больше часа после нападения. Ни полицейских, никого.

Только через два часа раздались отдалённые крики и толпа моментально рассосалась. На улице появилось не меньше роты солдат регуляров. Они быстро оцепили весь участок произошедшего боя и напротив нас вышел офицер с куском белой ткани на сабле.

— Просит не стрелять. Он из коменданского полка. Хочет поговорить. –Перевёл Семён.

— Пусть идёт, будем говорить.

К нам подошел офицер с нашивками капитана.

— Юзбаши Керим Сандар. Нам сообщили о нападении на русское посольство. Что произошло?

— Нападение началось три часа назад, — ответил я. — По неясным причинам разъяренная толпа напала на временного поверенного Любавина и его секретаря. Они убили их вместе с тремя казаками охраны. Прорвавшись на территорию, нападавшие принялись грабить и убивать всех, кто попался под руку. Были изнасилованы и убиты две женщины. Всего погибло четырнадцать человек. Мы прибыли лишь спустя полчаса. Нас атаковали трижды, и мы с большим трудом отбили эти нападения.

Я пристально посмотрел на капитана.

— Вы понимаете, что это означает? Убийство аккредитованного дипломатического представителя Российской империи. Это объявление войны.

Юзбаши побледнел, едва Семён закончил перевод.