— А других ты чувствуешь? Их мысли?
— В большинстве случаев. Особенно если мне это нужно.
Я медленно поднялся и подошел к окну, повернувшись к ней спиной. Этот жест был больше, чем просто движение — демонстрация абсолютной неуязвимости.
— Тогда запомни раз и навсегда, Зоя. Ты со мной до того момента, когда я посчитаю нужным. Другого пути нет.
Я обернулся, и мой взгляд стал твердым и холодным.
— И предупреди брата. Если он вздумает искать приключений в надежде, что я буду вечно вытаскивать его из дерьма, — он горько ошибается. В случае чего, я сам применю к нему меры. Возможно, последние в его жизни.
Я сделал шаг навстречу, понизив голос до доверительного, но неумолимого шёпота. Наши лица оказались так близко, что я видел малейшие оттенки в ее глазах.
— Не знаю почему, но я доверяю тебе, как никому другому. Не заставляй меня пожалеть об этом.
Я не мигал, ожидая ответа. И он прозвучал — не вслух, а мысленно, четко и ясно, как тогда на балу: «Я с тобой. До конца.»
Я резко откинулся и, не глядя на нее, бросил в пространство:
— Артур, войди.
Юноша вернулся и уселся рядом с сестрой, инстинктивно ища в ней опору.
— Что нам делать? И как жить дальше? — спросил он, и в его голосе слышалась тревога.
— Живите, как прежде. Можете заниматься своим делом, оттачивая мастерство, но действуйте с умом и расчётом. Все мои текущие дела связаны с присутствием цесаревича. После его отъезда пообщаемся плотнее. Вам нужны деньги?
— Да, ваше сиятельство. Мы сильно поиздержались. А в доверие к местному обществу, как вы и приказывали, пока не вошли, — с кривой усмешкой признался Артур.
— Аслан! Кошелёк.
Аслан вошёл беззвучно, словно тень, и вручил мне матерчатый мешочек. Я достал пачку ассигнаций.
— Здесь две тысячи. На первое обустройство. Распоряжайтесь ими с умом — до следующей встречи пополнений не будет. Деньги с неба мне не падают. В идеале — жить на свои, честно заработанные, — я усмехнулся. — В случае чего, оставьте записку в условленном месте в гостинице. Рад был сотрудничеству.
Я вышел в дверь, которую Аслан придержал для меня. Паша, мой второй охранник, на прощание пристально, оценивающе посмотрел на брата с сестрой, прежде чем бесшумно закрыть дверь.
В наступившей тишине Артур сглотнул.
— Такое чувство, что в услужении у него не люди, а черти в человеческом обличии.
Зоя медленно выдохнула, и её шёпот был полон странного спокойствия:
— Не удивлюсь, если это окажется правдой.
Артур с явным испугом посмотрел на сестру.
* * *
— Куда, кама́ндэр? — спросил Аслан.
— Поехали к Ашоту.
Когда бы я ни приезжал к Ашоту, неизменно возникало ощущение, что он только и ждал моего появления.
— Здравствуй, дарагой! Очень рад тебя видеть! — его голос звучал тепло и хлебосольно. — Проходи, дарагой гость, всегда радость! Сначала поужинаем, потом гаварить будем.
Мы уселись за щедро накрытый стол. Я почувствовал волчий голод при виде изобилия блюд и дразнящего, согревающего душу запаха. И вспомнил про Пашу и Аслана, мотавшихся со мной весь день без отдыха.
— Не переживай, твоих людей накормят. Ешь спокойно, друг. Я обо всём позаботился, — Ашот посмотрел на меня понимающе, словно прочитав мои мысли.
— Тьфу ты, ещё один экстрасенс, — подумал я про себя.
— Как дела, Ашот? — спросил я, уже после ужина, осторожно прихлёбывая обжигающий кофе.
— Всё слава богу, — отозвался он. — Идут потихоньку. Но ты ведь не за этим приехал? — в его глазах мелькнула привычная лукавинка.
— Ты знаешь Худовердяна из Тифлиса? — спросил я, отбросив всякие предисловия.
