Книга Шайтан Иван 5, страница 59 – Эдуард Тен

— Деньги привезут, а может, и нет. Скорее всего, нет, — размышлял я вслух. — Буду с тобой честен, Хайбула. Я не могу дать сразу много, но две тысячи рублей серебром и золотом, пятьдесят ружей, тридцать пистолетов, тридцать шашек, это обещаю.

То, как загорелись глаза Хайбулы, дало мне понять, что он не ожидал столь щедрого подарка. Он пытался скрыть радость, но у него плохо получалось.

— Благодарю тебя, Иван, это очень поможет мне.

— Хайбула, ты говорил с Маликом?

— Да, он заверил, что его люди не будут выступать против меня. Для начала и это хорошо. К тому же Малик обещал помочь с переправкой оружия. Я как раз хотел закупить у тебя сколько возможно, — улыбнулся Хайбула.

Спустя три дня отдыха Куликов с Лукьяновым собрались отбыть в Пятигорск, а далее, через Грозную и Владикавказ, в Тифлис. Полковник Лукьянов сумел убедить Жана Ивановича, что жандармские чины обеспечат ему надёжную охрану и выделят в помощь двух следователей, которые будут сопровождать его и содействовать в ведении дел. Перед отъездом я попросил Куликова о личной беседе.

— Жан Иванович, — начал я, — скажите мне чистосердечно, сколь глубоко замешан генерал Колосов в злоупотреблениях?

Куликов устремил на меня холодный, испытующий взор. Я выдержал его спокойно.

— Ныне трудно определить меру его вины, — ответил он, — но то, что ему ведомо о мошенничестве подчиненных ему чиновников, сомнению не подлежит.

— Жан Иванович, — продолжил я, — я знаю генерала Колосова с самого начала моей службы на Кавказе. Ангелом его не назовёшь, но убеждён, отступления от правил дозволял он себе единственно во имя пользы и улучшения службы всего Кавказского казачьего войска. И мне самому нередко приходилось обходить запреты различных инструкций и предписаний. Жизнь, знаете ли, частенько вносит свои коррективы, не согласные с буквою закона. Главное, какие цели преследует нарушитель. Коли строго следовать всем уставам, приказам и инструкциям без разбора, можно было бы, не мудрствуя, всех нас, безо всякого следствия, в тюрьму упечь. Убедительно прошу вас, Жан Иванович, подойти к рассмотрению дел, касающихся генерала Колосова, с полнейшей объективностью. Не более того.

— Хорошо, Пётр Алексеевич, — произнёс Куликов после некоторого раздумья, — сие обещать могу.

Они отбыли на моём экипаже, оставив за собой облако придорожной пыли. Отбыли командиры будущих сотен. Вроде батальон должен бы вздохнуть свободнее, да куда там. Объявлен дополнительный набор в батальон. На сорок пять мест прибыло семь десятков желающих. Требования ужесточили, ввели новые временные нормативы, подтягивание на перекладине и всё равно пришлось взять пятьдесят казаков. Я перестал видеть графа Муравина.

— Андрей, а где Муравин?

— Поначалу ходил, улыбался и хорохорился. Сейчас доползает до лежака, валится и молчит до утра. Утро Миши начинается с подъёма Кости, — усмехнулся Андрей.

— Вы аккуратней с парнем, поломаете его, потом не соберёшь.

— Командир, мы с пониманием и осторожностью.

— Проверили его на профпригодность? — на автомате произнёс я.

— На чём проверили? — не понял Андрей.

— Профессиональная пригодность на командирскую должность, в будущем, — пояснил я. — Андрей, ну ты то должен понимать такие простые вещи. — Наехал я на него, заранее гася ненужные вопросы.