Книга Шайтан Иван 3, страница 60 – Эдуард Тен

— Нет, Михаил Давыдович, всё выше всех похвал. Я доволен.

— Вот и отлично. Как я понимаю вы по делу?

— Да и очень по-серьёзному.

— Слушаю вас.

Стал выкладывать мешочки с золотом.

— Это иностранное золото, хочу положить насчет не меняя. Теперь самое главное.

Достал мешочки с камнями. Аккуратно развязал один и показал содержимое.

— С золотом нет ни каких проблем, а с камнями.

Вызвал ювелира. Пришел пожилой еврей со всем набором инструментария и стал изучать минералы, пристально рассматривая их различными лупами. По мере просмотра он начал пыхтеть и заметно возбудился.

— Что там, Абрам?

— Что, я могу сказать, Михаил Давыдович, прекрасное собрание, а некоторые экземпляры просто восхитительны.

— Вы хотите продать или провести только оценку? — оживился Бломберг.

— Продать, Михаил Давыдович.

— Простите, Пётр, но я обязан поинтересоваться законностью приобретения вами камней.

— Скажем на половину, они мои, но я не заявлял официально об их наличии у меня.

— Мне необходимо знать, так, как это сильно влияет на цену.

— Абрам, твоя предварительная оценка.

Они долго смотрели друг на друга. Вот это уровень взаимопонимания.

— Думаю двести тысяч рублей.

Бломберг перевел взгляд на меня.

— Двести пятьдесят, и то, как давнему и проверенному партнеру.

— Двести двадцать, поверьте, хорошая цена, как партнёру.

— Двести пятьдесят, Михаил Давыдович и не надо рассказывать мне зато, как тяжело вам живется и семья голодает. Как много вы потеряете при обработке и вообще вы последнее отрываете от семьи, чтобы угодить мне.

Выслушав мой длинный монолог, они оба рассмеялись.

— Слушаю вас, молодой человек и не могу понять, кто из нас больше еврей, вы или мы с Михаилом Давыдовичем.- сказал прослезившийся ювелир.

— Можно, Михаил Давыдович, но это последняя цена. Совершили все сделки и переоформили документы, с учётом моего совершеннолетия. На счету у меня было двести девяносто две тысячи и две триста в иностранной валюте. Ещё, я оставил себе три самых крупных сапфира, три изумруда и три алмаза, не стал показывать их. Стоимость камней, я оценивал не меньше ста двадцати тысяч рублей. Очень предварительная стоимость.

Когда покончили со всеми формальностями, посмотрел на Бломберга.

— Что-то ещё, Пётр?

— Да, Михаил Давыдович.

Я достал пенал из баула. Увидев заветную коробку Бломберг сорвался с места, подскочил к столу и не решался взять пенал. Он смотрел на него, как будто опасался, что он исчезнет.

— Это то, что я думаю?

Улыбаюсь ему.

— Смелее, Михаил Давыдович.

Бломберг, дрожащими пальцами, осторожно открыл пенал, достал куклу.

— Боже мой, она, Ивановская. Как же она прекрасна.

— Согласен, мастерство отменное. Никогда не видал подобной красоты.- произнес подошедший ювелир.

— Не хотел показывать прежде, что бы не влиять на вас при торге.- заметил я.

— Спасибо, Пётр, вы порадовали меня, как никто.

— Просто случайно повезло, человек попал в затруднительное положение и предложил куклу в счёт погашения долга.

— Пётр, а есть ещё куклы, я выкуплю все.- вскинулся, Бломберг.

— К сожалению нет, я интересовался.

— Сколько я вам должен, Пётр?

— Долг составлял сто пятьдесят рублей золотом. Вам я уступлю за сто двадцать.

— Очень жаль, я нашел ещё одну куклу в плохом состоянии, её отреставрировали и с ней произошла та же история, из неё ушла жизнь.