Книга Шайтан Иван 1, страница 96 – Эдуард Тен

— А чего их жалеть, Егор Лукич, вот убьют меня к примеру, все деньги, что копил не доедал, не догулял кому-то достанутся, нет на том свете нужды в деньгах.

— Тьфу, ты, типун тебе на язык, Петр Ляксеич, Сане то зачем форму заказал? Сам справит себе. —

— А помнишь, как он увидел мою парадку и обомлел, пусть будет радость у человека, он же пока сестрам на приданое не соберет, себе ни за что не пошьет или что-нибудь плохонькое купит.Мечты должны сбываться, Егор Лукич, накладно конечно, так заработаем, какие мои годы —

В ответ вахмистр вздохнул и признался себе, что он не смог бы вот так, ни за что, кому-то сделать подобные подарки и отказаться от ордена, не смог бы.

Все вещи мы получили перед отъездом, так что всех ждал сюрприз, с медалями не получилось, все знали, кто получит. Еще, все мои узнали, что я отказался от второго ордена в счет медалей для казаков. Об этом событии в городе прослышали многие военные, кто-то крутил у виска, чудак, это в мягком варианте, кто-то проникся. Среди казаков и думающих людей мой рейтинг поднялся очень высоко, а казака, что посмел усомниться в здравости моего поступка, Егор Лукич, при поддержке Сани чуть не покалечили. Так и ехали тихим сапом, я не торопил, да как с телегами, не разгонишься.

Добрались до Семеновки. Я передал командиру полка 6 медалей для награждения казаков из других сотен, попросили в штабе доставить с оказией и презентовал командиру и есаулу подарки приготовленные для них. Они оба имели ордена Анны 4 степени, красные крестики, которые крепились к холодному оружию. Данным орденом награждались младшие офицеры только за боевое отличие. Позже, не знаю точно когда, на рукояти холодного оружия стали крепить темляк из красной ленты с желтыми полосами по краям, для большей наглядности. Крест был малых размеров, прозывался клюква среди офицеров. Вот и подарил я им ленты анненских цветов с кистями по краям. Они приняли подарки и не знали, что с ними делать. Пришлось показать, как крепить их на шашки. Получилось красиво и стильно, а самое главное из далека видно, что кавалер.

— Это что, Петр Алексеевич, новое положение к ношению ордена? — поинтересовался Соловьев.

— Типа того, при парадной форме, сразу видно что кавалер ордена — ни сколько не смущаясь заявил я.

— А ты чего без ордена? — спросил есаул.

— Куда, на полевую, не положено.

Соловьев сел за стол и погрузился в чтение бумаг.

— О, так, Петр Алексеевич у нас теперь сотник и приказ есть о преобразовании полусотни в сотню, по способности не сильно затягивая оное действо. — про цитировал он.

— Поздравляю! — хлопнул по плечу меня есаул. — на днях будем у тебя с командиром, там и обмоем орден с повышением.— новиков отбирать будешь как по прошлой осени? Слыхали о том, теперь охота взглянуть, так, Александр Николаевич.—

— Да, хотелось бы посмотреть —

На базу добрались на следующий день. Все вертелось, крутилось, каждый знал свое дело, я же отправился на помывку в баню. На завтра объявил общее торжественное построение, вся база деятельно стала готовиться к торжеству. Я же облачился в свою новую повседневку, надел орден и расстроенный отсутствием зеркала во весь рост, сел за стол. Аслан затащил три баула в комнату. Анисим занес самовар и увидел меня, такого красивого, не сдержался.