Книга Шайтан Иван 1, страница 72 – Эдуард Тен

— как вам служба, Петр Алексеевич, не в тягость? —

— Почему служба должна быть в тягость. Я осознанно выбрал воинскую стезю и вполне доволен.—

— по прибытию на Кавказ, заметил, что многие офицеры тяготятся службой, пьянствуют, манкируют своими обязанностями, проклиная эту дыру. Пятигорск, для многих глоток воздуха, как поделился со мной один из офицеров, он задыхается в этом богом забытом краю. — Александр Константинович закатил глаза изображая кого-то.

— Александр Константинович мне здесь нравиться, много возможностей проявить себя и продвинуться по службе, —

— согласен Петр Алексеевич, еще по одной? —

— благодарю, мне довольно –отказался я

— не любите хмельного? —

— люблю, хорошее, но в меру. Казаки хмельное употребляют умеренно, не любят пьяниц, не уважают, могут и плетьми наказать буйных, если не помогает, изгоняют из станицы. Мой денщик тому пример, хотя и была у него причина, по краю ходил. В походе, на службе, сухой закон. Нарушителей наказывают сурово.—

— не знал, я вообще мало что знаю о них — капитан отложил графинчик с коньяком

— Александр Константинович если есть желание, выпейте, не обращайте на меня внимания, вы же не казак — улыбнулся я

— да, нет, не хочется выглядеть в ваших глазах пьяницей — рассмеялся капитан.

— по штабу ходят разговоры, что казаки пластуны крупную банду уничтожили, 30 человек, не вы ли, Петр Алексеевич,? —

— да, мы, только врут не 30, а 18, сколько сбежало не знаю — я коротко поведал ему о данном событии.—

— вы с десятком пластунов — удивился капитан.

Ужин закончился и мы расстались добрыми знакомыми. По дороге домой вспомнил, что в обязанности квартирмейстерской службы входит разведка и контрразведка, по военному ведомству. Понятно, что он не разговоры слышал, а точно знал об уничтожении банды во всех подробностях. Изучал и присматривался ко мне, значит, мы еще встретимся с ним и не

Наконец тронулись домой. Ехали 2 санями, Саня верхом, Савва с Костей. Я в санях дремал укрывшись овчиной, обложенный тюками и баулами. По пути нам встречались, укрепленные посты, казачьи патрули, торговые обозы. Романовка и наша база находились на левом фланге Лабинской линии, на самой передовой, потому защитным мерам уделялось особое внимание. Базу мы укрепили рвом и валом, по весне и лету решил сделать ров глубже, вал выше на метр. Так дорогою думал и размышлял, строил планы на будущее, но особо не заворачивался, ведь как известно, человек полагает, а бог располагает. В Семеновке пришлось долго общаться с полковым начальством. В принципе основное Роман им изложил в подробностях, все, что можно. Передал пакет с бумагами и отбыл к себе. Наконец то спустя 4 дня, мы дома. Да, я почувствовал, что вернулся домой.

Жизнь на базе шла своим чередом, бойцы несли службу, постоянно тренировались, ходили на стрельбище, занимались рукопашкой, фехтованием. Уровень подготовки заметно вырос, чувствовалось, что полусотня сплоченное подразделение.

Собрал комсостав на совещание

— вот, вахмистр, тебе подарок — поставил перед ним пакет с табаком, турецкий, отборный. Егор Лукич открыл пакет и втянул носом

— благодарствую, командир, уважил —

— жалуется на тебя есаул, говорит, что ты с полковых складов уволок, что можно и не можно —

— все по честному, только, что положено, то и получил, остальное честно сменял по уговору — все посмеялись. Отчитались Роман с Трофимом, Степан, наставник, был на выходе с десятком, который менял дежурную заставу. Вроде все в порядке, питание, быт наладились.