Книга Шайтан Иван 1, страница 19 – Эдуард Тен

— О Петруше думаешь? —

— О нем, ну не может так измениться человек, не может — эмоционально вскрикнул Михаил

— Не знаю что и сказать, Мишенька. Я ведь его с пеленок вынянчила, грудью только не кормила, мала была, а так он все время со мной был и спал со мной и обихаживала я его. Ближе маменьки была для него. Маменька рассказывала, что когда я замуж за тебя вышла и уехала из дому, так он три дня плакал ночами. Знаешь, как родное дитя он для меня. Я ведь тоже стала замечать, как он сильно переменился, когда навещала его. Обниму, прижмусь к нему, а сердечко говорит он это, Петенька. Только в душе у него все переменилось, будто другая душа на свет появилась в нем. Непонятно рассказываю Мишенька —

— Как такое возможно, Аня, —

— Не знаю как, но возможно, значит так было богу угодно, ведь не допустил гибели его, для чего-то сохранил жизнь ему —

— А в церковь не ходит — проворчал Михаил

— Акстись Миша, он в институте своем закон божий учит, в тамошней церкви они службу справляют — помолчав немного Анна продолжила

— Я у маменьки спрашивала —

— И что она ответила? —

— Пожала плечами и говорит, что отцовская кровь в нем проснулась, а изменился он от того, что заглянул за край жизни. Два дня без памяти лежал. Маменька говорит, что отмолила у смерти его, она ж его больше жизни своей любит. Сомнения полностью жена не развеяла, но как-то отпустило, к тому же если честно признаться, такой новый Петр ему больше нравился и с каждой новой встречей это чувство в нем усиливалось. Сейчас он ехал к нему по важному делу. Его куклы наделали столько шума и вылились в вовсе не ожидаемые события. Амбросимов, его хороший знакомый, владелец ткацкой фабрики, заехал к нему по делу. Время обеденное и Михаил пригласил его отобедать с ними. Во время обеда дочь принесла свою куклу и поставила на стол, она очень редко расставалась с ней. Увидев её Амбросимов чуть не затрясся и не выдержав спросил

— Машенька можно я посмотрю твою куклу? —

Маша недовольно нахмурилась, но под взглядом матери неохотно кивнула

Амбросимов осторожно взял куклу в руки и внимательно осмотрев удовлетворенно произнес

— ивановская, настоящая, боже мой как хороша, —.

Михаил заметил его горящие глаза коллекционера

— Позволь, Борис, так ты что, решил собирать кукол? — с удивлением поинтересовался Михаил

— Да, Миша и это к твоему сведению не просто кукла, это произведение искусства, шедевр. Этот мастер просто волшебник. Сотворить такое чудо и да у меня в коллекции две куклы и три пупса. Не смотри на меня так. Знаешь во сколько сейчас оценивается кукла твоей дочери как минимум тридцать рублей. Буквально месяц назад я приобрел своего последнего пупса по пятнадцати рублей вот и прикидывай сколько они будут стоить через год, десять, сто лет. Это штучная работа, а не то, что сейчас стали продавать по всему городу. Пекут как пирожки и продают сотнями, но это Миша поделки, именно так. Какие-то лучше, какие-то хуже, но мастеровые поделки и красная цена им 1 рубль. Действительно, уловив момент многие принялись производить подобных кукол и быстро наводнили рынок. Для бедных слоев населения это был выход хоть как-то порадовать своих детей, ну а ценители качества и красоты гонялись за настоящими ивановскими куклами.

— Это, мне, дядя Петя подарил — отобрала Маша куклу у Амбросимова, видя его не здоровый интерес.