Книга Рунный маг империи. Том 5, страница 122 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

Хотя, с другой стороны, что мешало мне хотя бы попытаться этого добиться?

— Если захочешь, позже поговорим о трансцендентном состоянии, при котором человек в теории может преодолеть законы мироздания, — сказал дедушка, после чего внимательно оглядел меня с ног до головы. — А теперь садись обратно. От теории переходим к практике. Сразу говорю, будет непривычно и больно.

Предупреждение прозвучало не слишком обнадёживающе, но бросать начатое только из-за этого я точно не собирался. Поэтому просто кивнул и снова сел на землю.

— Начинай циркулировать ману внутри тела. Усиль себя так же, как до этого, — продолжил дедушка.

Я восстановил печать и направил в неё энергию. Мана привычно потекла к рунным знакам, после чего начала распределяться по телу. Спустя несколько секунд ладонь Улава легла мне на спину.

— Четыре точки, — практически сразу произнёс он. — Ты вливаешь ману в четыре отдельных места, а уже оттуда она растекается дальше по телу. Зачем?

— Это рунные знаки, — объяснил я, продолжая поддерживать усиление. — У каждой точки своё предназначение. Они по-разному воздействуют на тело, что дает комплексный эффект без перегибов.

Раз уж дед задал такой вопрос, скорее всего, его что-то в этом смутило.

— Тогда тебе будет сложнее, чем я рассчитывал, — задумчиво произнёс дедушка. — Ты ведь можешь контролировать их количество?

— Да, — коротко ответил я.

— Оставь одну. Чем меньше активных потоков, тем проще тебе будет понять, что сейчас произойдёт.

Я развеял остальные знаки и оставил только «Восприятие». Для этой тренировки оно подходило лучше всего. Если дедушка собирался показать что-то связанное с движением маны, лишняя чувствительность точно не помешает.

— Готов.

Ладонь на моей спине немного сдвинулась, и в следующий момент внутрь тела проникла чужая мана.

Ощущение оказалось крайне неприятным. По спине сразу прошла волна мелких уколов, а затем покалывание начало распространяться дальше, вслед за энергией дедушки. Первым желанием было оборвать собственную циркуляцию и отстраниться, но Улав практически сразу заговорил:

— Терпи. Ничего не меняй и продолжай вливать ману в знак.

Я стиснул зубы и послушался. Поначалу ничего, кроме неприятного покалывания, различить не получалось. Моя энергия продолжала поступать в «Восприятие», мана дедушки двигалась рядом, а я всеми силами пытался следить сразу за обоими потоками.

Постепенно ощущения начали меняться, и собственная мана стала вести себя иначе. До этого я никогда не замечал в ней ничего странного, потому что попросту не знал, с чем сравнивать. Теперь же разница ощущалась настолько отчётливо, что не заметить её было невозможно.

Мой поток напоминал бурную реку. Энергия постоянно меняла направление, образовывала ненужные завихрения и только после этого двигалась дальше. Мана Улава постепенно убирала эти колебания, выравнивая движение.

Чем спокойнее становился поток, тем отчего-то сильнее ощущался его напор. Поначалу это казалось парадоксальным, но объяснение быстро нашлось. До этого энергия постоянно натыкалась на собственные завихрения и тратила часть силы впустую. Теперь же ей будто расчистили путь, позволив свободно двигаться в нужном направлении.

Вместе с этим резко усилилось и «Восприятие». Я услышал шелест ветвей далеко за пределами защитного купола, а спустя мгновение различил даже запах листвы, хотя ближайшие деревья находились с другой стороны барьера.