Книга Золотая тьма. Том 2, страница 90 – Игорь Осипов

Переступая пепельный светораздел, Астра что было сил сжала палочку. Сейчас палочка — это всё, что у неё было.

Глава 15 Дела демонические

Ламинара сидела в лесу, забравшись в самую глухую и непроходимую заросль ивняка. А чтоб никто уж точно не смог найти, даже случайно, окутала своё место коконом густого тумана. Который, словно кокон паука, обрамлённый крепежной паутиной, тянулся тоненькими, гибкими и белёсыми нитями к веткам. На этом коконе покоились чары сокрытия: всякий, кто взглянет сюда, невольно скользнёт взглядом мимо. Человек и даже мелкие потусторонние твари пройдут мимо логова и не заметят.

Тут же была и Хлоя, окружённая дюжиной крыс. Было холодно, и волшебница прижимала грызунов к себе, грея руки.

Издалека доносились отголоски какого-то торжества. От приносимого ветром запаха жаренного на костре мяса бежали слюнки.

— Почему мы прячемся здесь? — тихо спросила Хлоя.

— Подземелье слишком приметное. Орденские обязательно сунутся в старое подземелье. И мы уподобились зайцу, который сделал несколько петель и спрятался позади преследователей. У меня ещё нет силы, чтоб противостоять всему ордену. Ведь за ним стоит Небесная Пара и все высшие боги, — ответила демоница своим мягким красивым голосом.

— Будто здесь не найдут, — проронила волшебница.

— Не найдут. Они уже здесь искали. И не станут прикладывать силы, если будут ходить ещё раз.

Ламинара замерла, зашелестела золотой накидкой.

— Как вы, люди, живете с таким обликом? — негромко спросила она, разглядывая свои руки — новые руки.

Вместо длинных многосуставчатых, словно лапки паука, обладающих длинными тёмными когтями, они сейчас были ровные, короткие, с плоскими ногтями. За тысячи лет Ламинара привыкла к своему прежнему облику, и его столь быстрая и неожиданная смена была… нет, не непринятой. Она наводила неловкость. К новому облику приходилось приноравливаться. Оно доставляло неудобство.

— Как-то живём, — сонным голосом отозвалась Хлоя.

— А волосы? Они всегда такие неудобные?

— К ним привыкаешь. А если не можешь состричь, заплети в косы, убери под головной убор.

Ламинара протянула руку, и на смуглую ладонь прыгнуло золотое зеркальце. А когда демоница подняла его, из глубин отражения, помятого неровностями и царапинами на жёлтом металле, на неё посмотрело человеческое лицо. Смуглое, с карими глазами.

Древняя сущность вздохнула, нырнула рукой, которых было по-прежнему шесть, в глубины накидки. И оттуда извлекла тонкую светящуюся нить — память убитой наставницы Хлои.

Пальцы сразу стали бегать по нити, как пальцы музыканта по струне лютни, перебирающие звуки музыки.

— Не думала, что и это пригодится.

— Что именно? — тихо спросила Хлоя. Она уже почти не боялась Ламинару. А с тех пор как та благодаря халумари обрела человеческое лицо, как-то само собой воспринимала почти как человека — как вредную старую матрону, которая мечтает о прошлом, строит гадости, но может и пирогом угостить.

— Память, как заплетать волосы.

Ламинара выпрямилась и откинула капюшон. Пышные белые волосы рассыпались по плащу, доставая до пола.

Через стенку тумана проникла парочка крыс, но не простых, а тех, что демоница превратила в подобия карликов. Они быстро подскочили к повелительнице и замерли, а потом стали неловкими движениями браться за белые пряди.