Книга Золотая тьма. Том 2, страница 182 – Игорь Осипов

Прапорщик вытянул руки с прибором подальше.

— Ну, лети, Карлысон ты наш, — проронил землянин, и в этот момент крыса истерично заверещала и задёргалась.

Одновременно с этим за спиной прапорщика закрутилась на кровати Шарлотта.

Она стонала и часто и шумно дышала. А потом вдруг заорала и села, придерживая простынку руками на груди.

— Нет! Не хочу!

— Что не так? — чуть не выругался прапорщик, глянув сперва на девушку, а потом на жрицу Агнии. Та пожала плечами.

— Я высоты боюсь! — выпалила бледная крысоловка, у которой тряслись руки и губы.

— Да как так-то? Вы ж, юн спажа, вот только в окошко с этажа прыгали.

— Тогда был день. И я сама всё рассчитала. Было страшно, но я верила в себя. А сейчас эта летучая шутка. Я боюсь!

Землянину сейчас очень сильно захотелось сделать жест «рука-лицо». Но он сдержался.

— Ладно. Мы повременим.

Сизов несколько раз прошёлся по комнате с крысой в руках, которая, будучи привычной к людям в лабораториях, и не выказывала сейчас — без связи с волшебницей — никакого беспокойства и лишь водила носом в разные стороны, словно искала вкусняшки.

— Юн спажа, соединяйтесь ещё раз, а мы будем медленно и низко опускать существо. Чтоб вы не боялись.

— Хорошо, — проговорила в ответ Шарлотта и снова улеглась на кровать.

Девушка закрыла глаза и стала читать заклинание словно детскую считалочку.

Вскоре черты её лица расслабились, а у крысы, напротив, — стали осмысленными и хмурыми, если это понятие применимо к зверёнышу.

— Толь-ко. Ти-хо, — синхронно с попискиванием крысы проговорила девушка.

— Яси, — усмехнулся Сизов и посмотрел на бойца-оператора, заговорив по-русски: — от винта!

— Есть от винта! — с усмешкой отчеканил тот.

А Сизов размахнулся и со всей силы швырнул квадрокоптер в окно.

Дрон тут же зажужжал винтами, завис на мгновение и рванул во мрак.

— А-а-а-а! — заверещала Шарлотта, но сесть не получилось, потому как ей на лоб положила свою тяжёлую ладонь жрица.

— Всё хорошо, — проговорила женщина и принялась читать мерным речитативом молитву к двуликой богине Такоре. Молитва простая: об удаче и благословении. За ней была молитва к Никате, владычице ночи, чтоб не прерывала она свой сон и не губила смертное дитя. Что стража её не водила девушку кругами по тьме.

— Мне плохо, — стонала девушка, заметавшись. — Мне страшно.

— Всё хорошо, — повторила жрица, прервав на мгновение свою песнь. А когда продолжила, то казалось, сам воздух начал тихо вибрировать, как высоковольтные провода на морозе. И ритмичный гул становился то тише, то пропадал.

И Шарлотта стала понемногу успокаиваться. А квадрокоптер уже потерялся во мраке.

* * *

Было темно. Было ужасно темно.

— Матрэ-э-э-э, — пыталась протянуть Шарлотта, но из крысиного тельца, в которое она сейчас вселилась, источалось только протяжное «пи-и-и-и», причём скрипучее, как колесо старой телеги. А пришлые почему-то говорят: «как пенопласт по стеклу». Что такое пенапаста, думать не хотелось, но, наверное, что-то такое же разбитое, как и та телега.

Над самым крысиным ухом в четыре крыла жужжал летающий механизм халумари. А где-то там, внизу, притаилась твердь земная. Пока свет фонарей ещё доставал своими лапами, было видно, а сейчас была лишь чёрная бездна. Что там? Поля пшеницы, луга, лес или же река и болото.