Книга Золотая тьма. Том 3, страница 6 – Игорь Осипов

Вода дарила прохладу и спасение от огня. И крысы прекрасно умеют плавать.

Вот только в реке тихо поблёскивали зрачки крокодильчиков.

— Бездна! — вырвалось у девушки. А из пасти крысы вылетел писк отчаяния.

Зелёные речные рептилии были неопасны для человека. Всё же не нобийские монстры-людоеды, у которых одна только пасть длиннее коровы. Но для крысы они были сродни тем чудовищам — обычные грызуны гибли на речках от крокодильчиков во множестве.

Но, с другой стороны, в случае неуспеха крокодильи зубы принесут только боль и пробуждение в своём собственном теле. А шаман псоглавых может лишить её рассудка, заперев в тушке искалеченной крысы навсегда. Или выжечь магические силы, если умеет. И сомневаться в его навыках сейчас было опасно.

Девушка подошла к воде.

Отошла и оглянулась на приближающийся огонь и одетых в кольчуги и стёганые доспехи обезьян, в руках которых были копья, пращи и факелы.

А может, просто проснуться? Вернуться в родное тело?

Нет! Она должна! На неё положились! Ей доверились!

— О, Шана и Сол, дайте сил, — пробормотала девушка.

Она повернулась к воде, коснулась носом холодной волны. Затем завыла от бессилия, опять попятившись.

Душа словно разделилась на куски. И каждый кусок хотел своё.

Нет, даже требовал.

«Проснуться!» — верещал один.

«Нырнуть в воду», — орал второй.

«Пойти вдоль берега. Убежать!» — настаивал третий.

— Матрэ! — взмолилась девушка. Зажмурилась. И нырнула.

Лучше уж просто боль.

* * *

— Ах ты падла! — взвыл Стаканыч, схватившись за ногу чуть выше колена, а из бедра торчал стилет баронета. — Опять нога! Больно же, блин!

Он замер со слезами, рефлекторно навернувшимися на глазах, и глядел в злые, решительные глаза рыжего паренька. А тот вывернулся, словно уж, и кинулся к кровати с Шарлоттой.

— Ли-Ли! — подскочил он к девушке, схватив за плечи и начав трясти. — Очнись! Проснись!

— Стой, зараза! — по-русски выпалил прапор, потянулся и, не вставая с пола, ухватил свободной рукой баронета за ногу и потянул на себя, словно терьер — лису из норы. Впрочем, так и было. Максимилиан да Вульпа не совсем человек, а на десятую часть — лис. А сам Стаканыч хоть и стопроцентный человек, но злой сейчас, как бультерьер на ринге.

Баронет же вцепился в простынью и закричал:

— Я должен! Я обязан её разбудить!

Сизов зарычал и попытался отдёрнуть паренька.

Тот ухватился за руку Шарлотты и потянул за собой.

— Отцепись от неё! — кричал землянин.

— Нет! Я её люблю! — прокричал в ответ Максимилиан.

А потом вдруг что-то громко хлопнуло, и баронет пошатнулся и упал на пол без движения.

Сизов на мгновение замер, пытаясь понять, что произошло.

Вот стоял. Вот хлопок. Но не выстрел. И вот тело.

— Он живой? — подала голос жрица.

Сизов поднял на неё глаза и всё понял.

А женщина меж тем стояла на коленках на кровати, вытянув руку. Это она дала затрещину юноше. И так как жрица без проблем орудовала кузнечным молотом, одной пощёчины хватило, чтоб отправить неугомонного рыжего лиса в нокаут.

Сизов, держась за раненую ногу и шипя от боли, подполз к баронету и пощупал пульс.

— Живой.

— Хвала Небесной Паре, — выдохнула жрица.

Слово тут же взял оператор дрона.

— Не вижу, тащ прапорщик. Ничего не вижу. Там пожар и обезьяны. А крысу я не вижу.

— Чёрт, — проронил Сизов и замер на месте, чтоб отдышаться, — вот и больно же, падла рыжая, свою зубочистку в меня вдавил. Я же не шашлык, твою мать, — протянул он и поглядел на девушку.