Книга Тайная жизнь полукровки, страница 37 – Дарья Адаревич

— Думаешь, я трусиха? — спросила я.

— Ты слишком большое значение этому придаешь.

— Чему? Мы чуть не разбились!

— Я не об этом. Ты поплакала и теперь загоняешься. Ты проиграла в бою и не отпустишь проигрыш.

— Да потому что, — слова исчезли.

Да, Нолан прав. Для меня все это важно. Это моя репутация. Это все, что есть.

— Все ошибаются, Лил, — сказал Нолан, негромко, — неважно, сколько раз ты ошибешься, главное потом встать и идти дальше так, будто ничего не было.

— Легко тебе говорить.

— Я часто ошибаюсь, но не могу позволить себе зацикливаться на этом. Времени нет.

Я села на песок. Смотреть на небо. Только туда. В глазах снова появлялись слезы. Проклятье! Никаких слез! Только не плакать. Не плакать.

— Зачем сдерживаешь себя? — Нолан присел рядом.

— Ничего я не сдерживаю!

— Правильно, покричи, станет легче.

— Но я правда не…

— Плакать, когда страшно — нормально.

— Не для меня! — тут я посмотрела на него.

Знаю, как я выглядела. Растрепанная, с красными глазами и растекшимся макияжем. Монстр, а не девушка. Но мне вдруг стало все равно. Да что он понимает!

— Ты знаешь, что из себя представляла моя жизнь? — закричала я, — мать пропала, когда мне было года четыре! Воспитывал отец. Ты видел моего отца, да? Он не выносит слабости. Я люблю его, но с ним сложно. Для него имеет значение только сила. Только она. Знаешь, каково работать в баре, каково с детства смотреть на бои? Нет, в этой тусовке не плачут! Знаешь, сколько раз меня пытались изнасиловать, когда не знали, чья я дочь? Я должна была стать сильной, чтобы никто не думал меня тронуть. Те бои, моя репутация в тех боях стала залогом безопасности! Я стала для них своей. Представь, маленькая девчонка в кругу бандитов. Я жила в мире, где, чтобы тебя уважали надо быть профессионалом, не женщиной, профессионалом! И я стала им. Хотя у меня почти нет магии. Маленькая крупица! — я рвано вдохнула, повернулась на воду и просто закричала.

Скоро послышался еще один крик. Нолан.

— Я провалил миссию, — кричал он, — полгода выслеживаю преступника и никаких подвижек в деле, а студенты продолжают заболевать! Полгода, Лил. Это ужасно долго!

Точно! Дело. Студентки остаются без жизненной энергии, а я тут о своих проблемах, о своей неуверенности.

— Каждая моя ошибка стоит чьей-то жизни!

Я выдохнула. Тут стало по-настоящему стыдно. Мои ошибки стоили только моей гордости, а его… Проклятье…

— Прости, что загрузила тебя, — сказала я тихо, — сейчас важнее те студентки, прости, я просто сорвалась. Давай забудем.

Если бы только я могла вернуться в прошлое и не устраивать сцен! Может, мне на самом деле еще только предстоит вырасти? Может, пока я всего лишь маленькая девчонка, зацикленная только на себе. Эгоистка. Проклятая эгоистка.

— Спасибо, — Нолан улыбнулся, — спасибо за честность.

— Какая честность…

— Спасибо, что открыла душу. Подозреваю, ты мало кому открываешься.

Никому не открываюсь. Никому. Глубоко вдохнула.

— Прости, — я вытерла слезы, — это так глупо, это… просто день какой-то не такой, не знаю, у нас столько дел, по-настоящему серьезных дел, а тут я развела на пустом месте…

— Да ладно, иногда это полезно. Сказать, что у тебя на душе…

— Поганая у меня душа, Нолан.

— Не говори так.

— Да на самом деле. Сама до конца не понимаю, зачем живу эту жизнь… Так что спасибо, что привлек к делу. Так хоть, может, кому-нибудь помогу.