Книга Его сбежавшая Принцесса, страница 15 – Дарья Адаревич

Вообще было интересно, как Эд со всеми ними познакомился. Аника посмотрела на меня так, словно я вынуждаю ее сделать что — то очень плохое.

— Пожалуйста, — попросила я, — это же не тайна вселенского масштаба, а всего лишь история из жизни…

— Для кого как… — выдохнула Аника, — ладно, я расскажу. Приехал как — то столичный граф на пару дней погостить в нашу деревню, напился и поджог соседский дом ради забавы. Пожар разошелся, к тому же еще конец лета был, все легко загоралось. Сгорела вся деревня. Я в это время училась в Литвудском королевстве шитью, а Великан кутил где — то тоже вдали от дома. В общем граф сел тогда на повозку и уехал, а вся деревня сгорела. Вместе со… со всей моей семьей. Дальше история простая и скучная. Граф откупился от наказания, а мы с братом решили мстить. Точнее, Великан решил мстить — пришел к графскому дому, вызвал графа на поединок чести.

— И что?

— Ничего. Вместо себя граф послал стражу. Великана избили, нос сломали, несколько ребер. Еле живым остался. Тогда мы встретили Эда. Уж не знаю, кто из нас кого нашел. Но может, судьба нам была встретиться.

— И он помог отомстить?

— Отомстить? — ухмыльнулась Аника, — нет, Эд не любит слово «месть», он говорит «правосудие». Мы свершили над графом правосудие.

— Какое? Какое наказание заслуживает человек, спаливший целую деревню?

— Мы заперли его в доме и подожгли, — сухо ответила Аника, — горел медленно, чувствовал запах собственной плоти.

— Вы убили его?

— Нет, Эд не убивает. Он думает, смерть — это побег и покой. А негодяй не заслуживает ни того, ни другого. К тому же Эд верит, что надо оставить человеку возможность искупить вину… А после смерти, как будешь искупать? — Аника выдохнула, — нет, Эд не убивает.

— Тогда что вы сделали?

— Спасли гада в самый последний момент, когда уже задыхаться начал. Вытащили из огня, оставили в поле корчиться от боли. Потом ограбили. Теперь граф ходит где — то побирается, хромой — раненный, с обожженным лицом.

Глядя на Анику, не подумаешь, что она пережила такое. Потерять семью, потерять друзей, потерять деревню. Сколько надо сил, чтобы это пережить и не перестать улыбаться.

— Мне жаль, — сказала я, — и я восхищаюсь тобой. Правда, восхищаюсь. Ты невероятная.

— Потому что отомстила?

— Потому что улыбаешься. Я бы не смогла.

— Все потому, что я не одна.

И точно в подтверждение ее слов послышался топот копыт. И на поляну въехал Эд на черном коне. Очень красивое животное с блестящей гривой и яркими глазами.

— Ого, Донна, ты готовишь? — сказал Эд, спрыгивая на землю, — как жаль, что не приеду на ужин.

За неделю я привыкла к имени Донна. Это оказалось не сложно, ведь даже Македонией меня звали не так часто, все «ваше высочество», «ваше высочество».

— Не приедешь на ужин? — не поняла я, — но ты же уже здесь.

— Милая Донна, я должен отлучиться, но непременно вернусь завтра.

Эд подмигнул и направился в сторону шатра, Аника пошла за ним. А мне пришлось остаться у костра помешивать суп из щавеля.

Любопытство распирало меня изнутри. Похлебка уже была готова, а Эд с Аникой никак не появлялись. Я сняла суп с огня и подкралась к шатру.

— Королевский Звездочет состоит в родстве с принцем Юлием, — послышался голос Эда, — да — да, ты не ослышалась, с Литвудским младшим принцем.