Книга Бригада Некрасова. "Код красный", страница 63 – Сергей Баранников

— Я обещаю подумать, — ответил Кузьмич, схватил горячий пирожок, только снятый со сковородки, и поспешил ретироваться в своё убежище.

— Кто бы мог подумать! — донеслось ему вслед. — Другого ответа можно было и не ожидать…

На следующий день Васильев принял решение, и отправился к заведующему станцией для серьёзного разговора.

— Валерий Дмитрич, не могу! — заявил мужчина, устроившись в кресле. — Сами видите, здоровье не позволяет. Пора уже отдыхать. Можете механиком меня взять — сила в руках ещё есть, а опыта не занимать. Вон, свою машину я лично перебрал уже раз двести.

— Очень жаль, — ответил Бурый, покачав головой. — Механиков-то у нас хватает, а вот водители на вес золота. Борщов вот тоже уволился…

— Как уволился? — удивился Кузьмич.

— Вот так, буквально сегодня написал заявление, а я не стал противиться. Конфликт у него возник с вашей бригадой. Борщов у нас ведь знатный лентяй и на крепкое словцо не поскупится. Вот его Некрасов и наказал за дерзость. Вступился за старшую целительницу.

— И что теперь с Некрасовым будет? — насторожился Васильев, даже не подумав о Борщове. С ним у Кузьмича отношения тоже не особо ладились, но они предпочитали не замечать друг друга, потому как авторитет среди механиков и водителей у Васильева был такой, что Борщова бы мигом съели, только попробуй он дёрнуться в сторону старого водителя.

А вот за молодого целителя Кузьмич здорово волновался. Бурый предупреждал его, что парень с характером, и прибыл сюда на перевоспитание. Ничего хорошо от Некрасова не ждали, а он здорово всех удивил, буквально за пару дней став душой бригады. Обидно будет потерять пацана по такой глупости.

— Уволю, наверно, — пожал плечами Бурый. — Нечего мне тут дисциплину нарушать. Я ведь его предупреждал! Ну, а вам, Николай Кузьмич, я не могу отказать. Вы ведь столько сделали для станции, что ваше решение — закон. Я, пожалуй, третий заведующий на вашей памяти, хотя работаю здесь уже лет семнадцать…

Васильев ожидал, что Бурый сейчас примется его уговаривать остаться и мысленно готовился сказать твёрдое «нет», а тут заведующий неожиданно легко воспринял новость об уходе. И что самое удивительное, даже глазом не повёл.

— Могу я вас попросить об одолжении? Исключительно для меня, — попросил мужчина. — Поработайте ещё хотя бы пару недель, пока я найду вам замену. Как видите, у меня полный завал с кадрами, но я думаю, что-нибудь придумаем.

— Валерий Дмитрич, есть у меня предложение, — набрав воздуха в грудь, выдал Кузьмич. — Я остаюсь, пока вы не найдёте замену. Подожду сколько угодно, но Некрасов останется.

— Вот как? Вы решили заступиться за мальчишку?

— Не за мальчишку, Валерий Дмитрич, а за младшего целителя. Такие на дороге не валяются, а он себя ещё покажет. Не рубите с плеча и дайте ему поработать.

— Странно, в день знакомства с ним вы говорили, что он избалованный и самоуверенный мальчишка, который ещё жизни не видел. Неужели он так быстро изменился? Или вы были неправы в своей оценке?

— Считайте как хотите, но я своё слово сказал, — встал в позу Кузьмич.

— Хорошо, меня ваши условия вполне устраивают. Некрасов остаётся, вы выходите на дежурство после больничного, а я ищу вам замену.

Когда Кузьмич поднялся с кресла, Бурый крепко пожал ему руку, пожелал скорейшего выздоровления и провёл мужчину взглядом, пока тот не захлопнул за собой дверь. Его уловка сработала — было очевидно, что Васильев внутренне смирился с мыслями об уходе, поэтому уговоры на него не подействовали бы, но Бурый понимал, что Кузьмич никогда не оставит станцию в беде, поэтому зашёл с другой стороны. Невзначай упомянул об увольнении Борщова, обрисовал ситуацию с кадровым голодом, а напоследок, видя, что мужчина колеблется, разыграл последнюю карту с Некрасовым. И угадал!