Книга Бригада Некрасова. "Код красный", страница 6 – Сергей Баранников

— Пошевели рукой! — сухо потребовал он, сканируя моё тело с помощью внутреннего зрения.

— Может, лучше не стоит торопиться? — заволновался я, вспомнив прошлый раз, когда я попытался это сделать.

— Делай, что тебе говорят! — приказал он. На работе отец был прежде всего целителем и заведующим отделением, поэтому общался со мной, как с подчинённым и требовал даже вдвое больше, чем с остальных. Если бы он и дома вёл себя так же, было бы куда лучше, но за пределами больницы сполна компенсировал недостаток отеческого внимания.

Я поднял руку и сам удивился тому, как легко у меня получилось. Надо же! Буквально двенадцать часов назад подобная попытка вызвала у меня невыносимый приступ боли и слабость, а теперь я даже не напрягся. Вот это я понимаю, целительная сила! Профессор с нашей кафедры в родном мире умер бы от зависти, а когда бы его откачали, он бы умер ещё раз, потому как это просто нереальный прогресс. В нашем мире я бы пролежал на больничной кровати недели две, а тут есть шансы сократить это время втрое, если не в пять раз!

— С коленными суставами всё в порядке, рёбра отлично срослись, а вот позвоночнику нужно ещё немного времени. Не будем рисковать. До вечера ещё полежишь, а потом попробуешь подняться. Сначала сидишь на кровати, если почувствуешь, что всё в порядке, и ты контролируешь ситуацию, встаёшь, опираясь на бортик кровати. Ходим возле стеночки, упираясь рукой, а потом можно и самостоятельно.

Отец повернулся к остальным целителям, которые пришли на обход вместе с ним.

— Алексей Спиридонович, продолжайте пока без меня, я скоро к вам присоединюсь.

Целители поняли, что отцу нужно ненадолго остаться наедине с сыном и перекинуться парой слов, а потому не стали задавать лишних вопросов и покорно вышли в коридор, продолжая обход пациентов. Отец долгое время молчал, не произнося ни слова, но не сводил с меня глаз, словно пытался собраться с мыслями, чтобы начать непростой разговор.

— В общем, я понимаю, что так продолжаться дальше не может, — заявил он, хлопнув себя ладонями по ногам, словно только сейчас принял решение. — Твои выходки бьют не только по авторитету нашей семьи, но и по моему авторитету как целителя и заведующего отделением, где ты работаешь. Если так пойдёт и дальше, я больше не смогу контролировать своих сотрудников. Как я могу им что-то запрещать, когда такие проступки сходят тебе с рук?

— И что ты предлагаешь? — спокойно поинтересовался я, понимая, что всё уже решено, и от меня сейчас мало чего зависит.

— Выход очевиден — ты уходишь из отделения. Понимаю, у тебя распределение, которое я сам и выбил для тебя в медицинской коллегии. Может, я слишком много внимания уделял, и не стоило тебя так опекать. Окажись ты где-нибудь в Рудино, спеси было бы куда меньше. Но в случившемся есть и моя вина как отца. Я это признаю, поэтому даю тебе последний шанс. Всё, что в моих силах — отправить тебя на станцию скорой помощи к Бурому. Валерий Дмитрич — тёртый калач и целитель старой закалки, уж он-то точно найдёт способ удержать тебя в узде. А если он и не сможет с тобой совладать, тогда не знаю что делать. Но учти! Если вылетишь и оттуда, о карьере целителя можешь забыть. Максимум, что тебя ждёт — швабра и половая тряпка.

Отец вышел, даже не став слушать мой ответ, а мне от этого стало даже легче. Если нужно к Бурому, пойду туда. Тем более, с работой на «скорой» я знаком не понаслышке, немного соображаю как там всё устроено. Вот и посмотрю, насколько местная организация отличается от того, как принято в нашем мире. Сколько же у меня теперь дел! Стать на ноги, доказать отцу, что я не позор семьи, и восстановить имя Некрасовых. А ещё, было бы неплохо утвердиться в качестве целителя и решить вопрос со средством передвижения. Машины больше нет, водительские права могут отобрать, но я не намерен мириться с положением вещей. Буду бороться! Сколько бы сил и времени это ни заняло, я могу всё исправить. Но для начала нужно хоть немного освоиться в новом мире.