Книга Бригада Некрасова. "Код красный", страница 23 – Сергей Баранников

— Гера, что это у тебя? — поинтересовался я, глядя на его ношу.

— Это тебе подарок на новоселье, — с улыбкой произнёс парень, открыл коробок, и принялся разворачивать бумагу. — С чего начинается квартира?

— С вешалки? — предположил я, даже не подозревая какой ответ может быть правильным.

— Нет, это театр! — ещё больше заулыбался друг. — А квартира начинается с половика! Я заказал тебе коврик для ног ручной работы, на котором будет вышита надпись: «Добро пожаловать! Соблюдайте порядок!» Считай, это мой подарок на новоселье.

— Спасибо большое, друг, — ответил я, принимая подарок, а сам прокручивал в голове что сейчас начнётся.

— Тимочка, о каком переезде идёт речь? — удивилась мать.

— Я хотел вас подготовить и не торопился делиться этой новостью, — признался я. — Мне уже двадцать пять лет, и пора задуматься о самостоятельной жизни. Здесь, в комфортных условиях, я не смогу раскрыться и закалиться. Мне нужен вызов, я хочу испытать свои силы и понять смогу ли жить сам. И потом, теперь, когда у меня нет машины, добираться до станции скорой помощи — настоящее мучение. Анатолий в это время занят, потому как отвозит на работу вас, а поездка на автобусе и пеший переход занимают полчаса времени. Домой ещё дольше, потому как после восьми вечера автобусы ездят просто ужасно. Я не хочу тратить кучу свободного времени на дорогу. Куда логичнее подыскать жильё поближе к станции, что я и планирую сделать, когда получу первую зарплату.

— У тебя разве нет денег? — удивился отец.

— Есть, но я хочу знать, что они будут и дальше. Глупо срываться с места, не имея постоянного источника дохода.

Судя по всему, такой ответ отца вполне устроил, и он одобрительно кивнул. Мне даже показалось, что в его глазах промелькнуло удивление. Неужели мои мысли так сильно отличаются от того, что озвучивал мой предшественник?

— Саша, ты слышишь, что заявил твой сын? Он хочет съехать из родительского дома!

— Пусть едет, — пожал плечами отец. — Должен же он когда-то повзрослеть.

— Ты сам себя слышишь? — не сдавалась мать. — Твой сын будет жить неизвестно где, питаться неизвестно чем, общаться со странными людьми, когда у него есть своя комната со всеми удобствами.

— И что с того? Это его выбор, я его не выгонял.

— Простите, но я не могу принять это так спокойно, — дрожащим голосом произнесла мать и поднялась из-за стола. Я хотел было направить на неё успокоительную волну энергии, но отец меня опередил.

— Простите, кажется, я не вовремя с подарком, — виновато произнёс Симонов.

— Всё в порядке, не принимай это на свой счёт, — успокоил я друга. — Мне следовало сначала поговорить с родителями, а потом рассказывать тебе, а я немного погорячился.

— Пожалуй, я пойду, — вскочил со стула парень. — Время уже позднее, да и мне завтра на утреннее дежурство.

— Я проведу, — вызвался я и поспешил вслед за Германом, а когда вернулся обратно в дом, невольно подслушал разговор родителей.

— Душа моя, полно тебе! Что ты так волнуешься? — успокаивал отец. — Поживёт месяц-другой в одиночестве, вкусит все прелести самостоятельной жизни и вернётся обратно. Дай ему попробовать. Сейчас ты запретишь ему очередную прихоть, и он взбунтует. Тебе это нужно? Нет. Это никому не нужно. А так парень попробует свои силы, поймёт, что пока не готов к самостоятельной жизни, и вернётся домой.