Книга Линия иной судьбы 4, страница 97 – Дмитрий Соловей

Получалось смешно. Что тратил, что не тратил — снова сижу на денежном мешке, а бабушка только смеётся.

— Жениться тебе нужно, — посоветовала она. — Тогда и сам не заметишь, куда деньги исчезли.

И ведь права.

Кстати, жениться уже очень хочется. С сексом в СССР прямо беда! Жаль, не на ком. Не буду же первой попавшейся девице предлагать. В вопросе женитьбы я старомоден. Мне нужны или чувства, или расчёт.

В общем, решил, что летом буду покупать дачу на Чёрном море, на неё часть средств и потрачу. Пустые участки под застройку частникам у моря государство в пятьдесят седьмом году не нарезало. Зато вполне легально, через нотариальную контору, можно было купить готовое домовладение у местных.

Примерно я прикидывал в каком месте. Ехать в сторону Сочи и крутить руль по бесконечным серпантинам мне совершенно не хотелось. Это в будущем дорога станет асфальтированной и облагороженной. Сейчас там такие колдобины! Ну его к лешему, этот экстрим. Другое дело — Геленджикский район. Я решил прицелиться на тихую Голубую бухту. По времени примерно часа четыре в одну сторону. В будущем, несмотря на отличную трассу из-за пробок на некоторых участках это время увеличивалось до шести и более часов.

С моими законными тысячами можно было не мелочиться — найти крепкое домовладение с участком, чтобы и до пляжа рукой подать, и от лишних глаз укрыться. Обустрою там личную курортную резиденцию, буду летом на выходные из Краснодара мотаться.

Лучший способ найти подходящий дом — это личный визит. Но пока у меня не было свободного времени, поэтому я решил задействовать официальный печатный орган. Заплатив по тарифу, сдал в начале мая короткое объявление для публикации на последней полосе «Советской Кубани»: «Куплю жилой дом в Геленджикском районе, желательно в Голубой бухте. Обращаться: Краснодар…»

Написало мне из Голубой бухты всего два человека, предлагая какие-то саманные хатки. Вроде и недорого: одно строение за пять тысяч, второе — за три. Можно было их снести и отстроить нечто приличное. Но мне не хотелось возиться. Да и когда?

Тут сессия скоро, которую я должен сдать, как у нас сейчас говорят, с перевыполнением плана. Потом летняя производственная практика и всего месяц каникул.

В течение учебного года куда-то вырваться я не смогу. Рассчитываю, что с осени 1957-го выйду на последний курс и защиту диплома. А деньги нужно тратить, и срочно.

В общем, решил, что если сам не смогу, то попрошу бабушку и маму помочь. Маме я категорически запретил брать в школе большую нагрузку. Зачем? Я вполне могу обеспечить семью, чтобы она не сидела по полночи над тетрадями. Мы даже поругались на эту тему. Спасибо, что баба Лиза встала на мою сторону.

Бабушку я основательно настропалил, предложив им вдвоём, когда у мамы будет отпуск, поехать в тот же Геленджик. На машине я их отвезу, снимем у частника дом недели на две, а то и дольше. Когда соберутся обратно, дадут телеграмму, и я приеду.

— Валя, а кто же тебе будет готовить? — не захотела бабушка оставлять нас с Васькой одних.

— В ресторан буду ходить! — рыкнул я на неё. — Всё, тема закрыта. Вы едете с июля отдыхать и знать ничего не желаю!

А бабушка расплакалась. И не потому, что я накричал. Как раз напротив — из-за заботы. Забыла она, когда в последний раз бездельничала, и была рада, что я уже вырос.