Книга Любовь на поражение, страница 19 – Анна Ковалева

Удивительно, что при таком раскладе я вообще что-то услышала и поняла.

Но при первой же возможности извернулась и увеличила между нами дистанцию. Так мне было спокойнее.

— Вик, стой, — прежде, чем я успела заикнуться о том, что гостю пора бы и честь знать, Дима внезапно схватил меня за руку и заставил повернуться к себе.

С минуту смотрел долгим странным взглядом, а потом внезапно послюнявил большой палец и провел им по моей нижней губе.

От одного края к другому, да еще и оттянул ее.

А у меня от неожиданности во рту все пересохло, и сердце к горлу подскочило. А глаза, видимо, стали размером с чайные блюдца.

— Ты что делаешь, Дим?

— У тебя пенка от кофе на губах осталась, — почему-то хрипло пробормотал он. — Теперь чисто.

— Эм, ладно, — я резко дёрнулась в сторону и хотела рвануть в гостиную, но неожиданно напоролась щиколоткой на край двери и согнулась пополам от боли.

— Иди сюда, беда ходячая, — не успела я опомниться, как Дима оказался рядом. Он подхватил меня на руки как пушинку и понес в гостиную.

А я настолько выпала в осадок, что даже о боли в ушибленной ноге забыла.

Чтобы Орлов меня на руках носил? Где это такое видано? А он не только отнес, но еще и на диване устроил.

— Ну и что ты рванула как на пожар? — хмыкнул, начав ощупывать пострадавшую щиколотку. А потом выдал вердикт. — Царапина легкая и ушиб, походу.

— Ты стал разбираться в медицине?

— Да так, — дернул плечом, — научился кое-чему. Например, приемам оказания первой помощи.

Ладонь парня между тем скользнула ниже, ощупала всю ступню целиком. В ответ на эти прикосновения пальчики на ноге невольно поджались, а вся кожа покрылась мурашками.

Да что ж такое-то?

— Тут у меня не болит, — проворчала я и подтянула ногу к себе, согнув в колене. — Только косточка.

— Ладно, — Дима почему-то вздохнул и встал. — Лёд есть в холодильнике? Хорошо бы приложить, чтобы не было отека и сильного синяка.

— Да, в верхнем ящике.

— Сейчас принесу.

Через минуту он принес пакет со льдом, и я приложила его к поврежденной ноге.

— И как только ты тут выживаешь одна? — пошутил Орлов, а меня вновь захлестнуло старыми обидами.

Не он ли выжил меня из своего дома? Старательно выживал, и эти его методы я никогда не забуду.

Чего стоила змея, которую он мне в постель подкинул.

Правда, змея по факту оказалась обычным безвредным ужом, но в темноте спальни этого я различить не смогла и перепугалась до смерти.

А потом еще неделю заикалась, боялась каждого шороха и спала только днем.

И сейчас он шуточки смеет отпускать на эту тему.

— Вообще-то, — цежу ядовито, — я с семнадцати лет живу одна. И что-то раньше тебя это не волновало. Наоборот, ты очень качественно посодействовал моему переезду.

Дима мгновенно мрачнеет. Сразу сводит брови к переносице, стискивает челюсти и натужно вздыхает.

Ну а что? Я ему, между прочим, чистую правду сказала. Всё как было на самом деле.

— Зайчон, слушай…

— У меня имя есть!

— Ладно, Вик, прости меня за те выходки. Я вел себя как мудак, признаю. Мне правда жаль, что тебе пришлось уехать из-за меня.

На пару минут в комнате становится тихо. Только часы мерно тикают на стене. Дима пристально смотрит на меня, а я на него.

Если бы я его так хорошо не знала, то подумала бы, что и правда раскаивается. Даже простила бы.