Книга Порочный контракт, страница 47 – Анна Ковалева

— Какой кошмар, — несмотря ни на что, мне было очень жаль малышку. В грехах своей семьи она не была виновата.

— Не то слово, — Валентина утерла слезы и продолжила. — А после смерти дочери и Марьяна стала гаснуть. Словно всю жизнь из нее выкачали. Стасу едва стукнуло одиннадцать, когда ее не стало. Инсульт. После этого парня словно подменили. Замкнутый стал, агрессивность начал проявлять временами. Потом вроде выправилось немного, но прежним он так и не стал. Да и Николай Дмитриевич жестко довольно взялся за сына, пока лепил из него своего преемника. Учил сына быть жестким, холодным и иметь стальную хватку.

— Хорошо выучил, — хмыкнула. — Я оценила.

— Юля, — вновь начала женщина. — Не понимаю я, что между вами происходит и почему ты так обижена на Стаса. Но он вовсе не бездушный человек. Знай это. Глубоко внутри в нем еще жив тот мальчик, которого я знала. И ему вовсе не чуждо сострадание. Он берет меня с собой, когда едет на кладбище к матери и сестре. И я вижу, как он переживает утрату. До сих пор. Между прочим, он создал фонд для деток, страдающих онкологией. И этот фонд спас уже немало жизней.

Я молчу, не зная, что сказать. Фонд — это хорошо, конечно, это правильно. Значит, сострадание Стасу не чуждо. Но это не поменяет мое к нему отношение. Ведь что ему мешало посочувствовать мне? Он мог запереть меня в этом доме, подождать и проверить мои слова. А уже потом угрожать и принуждать к сексу. Пуская мою жизнь под откос.

И детским фондом он себе индульгенцию не выкупит. В моих глазах так точно.

— Знаешь, он и мне ведь очень помог. Когда мой Олег наворотил дел. — продолжила Валя.

— Олег — это ваш сын?

— Да. — вздохнула она. — Я ж его сама растила. Муж бросил нас, когда ему и пяти лет не было. Усвистал с концами, забыв и о ребенке, и об алиментах. После этого я и сумела по знакомству попасть в дом Горецких. Надо же было как-то выживать. Олежик сначала жил у моей матери, пока я работала, а потом Дмитрий Николаевич разрешил ему жить здесь со мной. Стасу была компания, они в детстве много играли. Дмитрий Николаевич по просьбе сына и учебу Олегу оплатил. И на работу помог устроиться. А тот возьми и пойди по кривой дорожке. Связался с какими-то уродами, начал играть по — крупному. Посещал какие-то подпольные казино. Много проигрывал, брал взаймы и проигрывал снова. В итоге так глубоко попал, что если бы Стас не помог расплатиться с долгами, то поминай Олега как звали. Прикопали бы где-нибудь в лесу.

По телу пробежала нервная дрожь. Ужасная ситуация, конечно. Особенно для матери. Теперь понятно ее отношение к Стасу. За спасение сына Горецкого-младшего она будет боготворить. Как бы он ни поступал по отношению к другим, для нее Стас будет героем.

— А что с Олегом сейчас? — рискнула все же спросить.

— Все хорошо. — улыбнулась она. — Много работал с психологом, избавляясь от зависимости, потом вернулся в нормальную жизнь. Открыл небольшую компанию по ремонту компьютеров, телефонов и прочего оборудования. Девушку завел наконец-то. Теперь жду когда порадуют новостями о свадьбе. Внуков уж очень хочется.

— Я рада за вас. Надеюсь, вы скоро с ними понянчитесь. — я не кривила душой. Валентине я желала добра.

— А я надеюсь, что Стас все же одумается. И вы решите ваши с ним проблемы.