Книга Восхождение Морна. Том 12, страница 52 – Сергей Орлов

— У меня с этим действительно всё отлично, — легко согласился я. — Вот только я не собираюсь до конца своих дней торчать на воротах склада и лично щупать каждую чужую железку. Мне нужна постоянная команда приёмщиков с рабочей Оценкой.

— И где ты их возьмёшь? — Алиса скептически качнула головой. — Специалистов с даром Оценки на улице не подберёшь, они все при деле и берут за услуги немалые деньги.

— Я договорюсь с Мозырем, — пояснил я. — С ним самим мы всё решим на высоком уровне, а его подмастерьев подтянем на халтурку. Парни набьют руку на реальном потоке товаров, заработают себе отличную прибавку к жалованью, а мы получим квалифицированную приёмку за вполне разумные деньги. Все в плюсе.

— А сам старик пойдёт на это?

— У нас с Наумом Наумовичем сегодня как раз разговор в его личной ложе, — я не стал углубляться в детали. — Я пока не знаю, чем эта встреча закончится, но общий язык мы найдём.

Алиса не стала дальше допытываться — решила, что кадровые вопросы с оценщиками полностью на мне. Оно и к лучшему.

— Ну и последнее, — она посмотрела на меня уже совершенно прагматичным взглядом. — Раз мы всё равно заходим в город, надо брать его целиком. Мастерские сейчас на грани, металла нет, заказов нет, кузнецы сидят без гроша. Мы даём им ссуды под залог их мастерских и будущей выработки. Деньги у меня есть. Через пару лет половина ремесленников Жаровска окажется либо у нас в должниках, либо отдаст нам доли в бизнесе. Это быстрее, чем твои караваны, и в разы прибыльнее.

Вот оно. Породистая волковская хватка во всей своей красе — смять, подмять под себя и загнать в кабалу.

— Нет, — отрезал я.

— Почему? — Алиса даже подалась вперёд от изумления. — Артём, это же классика. Схема работает везде и всегда!

— И именно поэтому она нам не подходит.

Я поднялся из кресла и медленно прошёлся вдоль стены, подбирая слова:

— Смотри, что произойдёт дальше. Первые полгода мы раздаём деньги, все счастливы, ремесленники молятся на нас, а город боготворит. А потом кто-то не возвращает долг в срок. И не потому, что он жулик или пропил деньги, а потому, что сам заболел, подмастерье испортил ценную партию или в жизни произошла какая-то беда. И к нему приходит наш человек. Сначала вежливо. Потом с парнями из охранной службы. В итоге мы выставляем мужика с семьёй на улицу и забираем мастерскую. И так происходит не с одним человеком, а с двумя сотнями местных семей.

— Это обычные издержки, — пожала плечами Алиса.

— Это репутационный крах, — жёстко ответил я. — Через год в Жаровске я буду не тем, кто наладил логистику и позволил городу зарабатывать больше, а мразью, которая выбивает последние гроши из нищих кузнецов. И знаешь, что самое паршивое? Прибыль от этих ростовщических ссуд окажется вдвое меньше, чем убыток от того, что со мной перестанут иметь дело по-человечески. Я хочу развить этот город. И менять это желание на статус обычного ростовщика я не намерен.

— Ты слишком чувствителен для жесткого дельца, — с легким сарказмом процедила она.

— Я просто рассчитываю на два шага вперёд, — я остановился прямо напротив неё. — И, кстати, о ссудах. Этой ночью я общался с человеком, который должен вашей семье очень крупную сумму…

Я вкратце рассказал ей историю Гришки: погибший отец, посчитанный задним числом ущерб, пятьдесят тысяч золотых долга и рабская печать на руке. Алиса, само собой, понятия не имела, о каком конкретно парне идёт речь.